2.
Когда ты - землеройка, как представить масштаб
Трактора, осенью изменяющего ландшафт?
Клен тянет руки, с шумом падая навзничь,
Листьями прикрывая избитую землю на ночь.
Так же, ковшом, моя память меняет меня:
Как случайную землеройку, пробуждая и хороня.

Говорят, у мышей есть примета: если съел асфодель,
У тебя остается путь, но ты забываешь цель.

Мы считаем ад подземным, ведь свойство земли - верность.
Они - суслики-кроты-полевки - считают адом поверхность,
Где яд и клетки, горячий асфальт летом, зимой - соленая корка,
Круглогодично - колеса, копыта коней.
А рай - это дом, темнота родительской норки
Меж мокрых и вкусных благословенных корней.
Здесь, на поверхности, смерть - часть жизни, коль остываешь, остынь,
А там, под землей, частью жизни пищит, безволосая, другая жизнь.
Очень похожа на бессмертие этакая жизнь-вновь.
Вот нехитрая эсхатология грызунов.

Трактор затих. Мы сидим с землеройкой, два глотка тишины.
Усталое междуречье, мысли текут, как сны,
Что память измерить просто: смертями, детьми, трудом,
Что сейчас отряхнемся, пойдем строить каждый свой дом,
На днях прилетал, чирикал один из крылатых ребят:
Они там тоже строят что-то, вертоград, говорят.

01.2022
#Написано_в_можжевельнике