выезд был на рассвете. дорога предстояла долгая, а за сопровождение предлагали столько, что отказываться было бы преступлением. непонятно, зачем простому торговцу такая охрана, но задавать лишние вопросы было не в репертуаре Джулиана. к этому моменту он уже избавился от церковной символики на одежде и оружии и выезжать куда-то было не так страшно. никто не узнает.
проверив снаряжение на лошадях, закрепив последние ремни, они двинулись в путь, пока над полями еще не рассеялся тяжелый туман. вороны высоко кружили в небе, иногда садились на загривок лошади Джулиана или повозку, чтобы отдохнуть, и запоминали дорогу. пейзажи медленно сменялись, переходя из степей и полей в леса и обратно. к полудню дошли до устья реки и остановились, позволяя лошадям напиться и отдохнуть. вороны перескакивали со спины одной лошади на спину другой, резвясь и громко каркая.
к вечеру уже шли через леса, а к сумеркам добрались до места назначения. торговец спешно расплатился и скрылся за домами, оставив Джулиана одного посреди неизвестной ему деревни. лошадь нужно было где-то оставить, а самому где-то переночевать: кобыла не выдержит тот же путь сходу, без отдыха. вороны спрятались среди деревьев, следя за своим человеком и перелетая за ним. по ржанию удалось найти здешнюю конюшню, и, к счастью, там принимали на постой лошадей. расплатившись за одну ночь, Джулиан двинулся в глубь деревни, стараясь не заблудиться среди на первый взгляд одинаковых домов. сердце поселения удалось найти достаточно быстро — таверна. там точно должны быть комнаты для ночевки.
внутри было шумно, даже слишком. расплатившись за еду и договорившись о месте на ночь, парень огляделся. все места были заняты. кроме столика в конце зала, за которым сидела девушка. Джулиан прошел к столику, надеясь, что никто из толпы пьяных мужиков, распевающих песни, не захочет подойти познакомиться с новым лицом в деревне.
— я могу сесть с вами?