Это Генри Киссинджер, ему 100 лет. Не 99, а все сто — исполнилось в мае.

Недавно он был в Китае, встречался с Генсеком. Для этого он пролетел 14 часов и, по-моему, взял с собой команду медиков — насколько я понимаю, когда тебе сто лет неразумно путешествовать одному.

Мой вопрос — нафига? Что такого нельзя было обсудить по фейстайму?

И второй вопрос вдогонку — насколько вся ситуация с Киссинджером характерна для его людей в широком смысле?

Потому что пока писал вопрос про зачем, я подумал что у меня есть пара друзей, которых лет через 60 будет буквально не отличить от Генри, и тогда я знаю, зачем — для общего добра. Они стараются ради нашего неочевидного благополучия. Но зачем он полетел?