Фан-клуб Исы Ильдаровича

Простите

Прыг-скок

Я залезаю со стены на потолок.
Какой мне прок?
Какой мне с этих действий прок?

Играет свои песенки сверчок,
Прыг-скок, прыг-скок, прыг-скок
С травинки на травинку,
Пока не встретится лицом к лицу
С ботинком —
Прыг-скок, прыг-скок
С травинки на травинку,
И приближается к внезапному концу.

Прыг-скок, прыг-скок.
Какой у действий прок?
Я продолжаю лезть на потолок:

— А прок?
— Прыг-скок.

Завтра стихов не будет.
Послезавтра, возможно, тоже.
И после послезавтра.
И после.

Проба пера 2

Может быть, за этой стеной,
Мы узнаем наверняка,
Где находятся утки зимой.

Рыбы плавать могут в тепле,
Оттого их судьба нелегка:
Как замёрзнет вода в реке,

Открываются поры на теле,
Чтобы впитывать сок изо льда.
Утки новые прилетели —

Стариков потеряли.
Куда?

Почему вы ставите очкарика под мои стихи, они же не нёрдовские, они панк😔

Учительница

Ты утратила стройные ноги,
Вместо мела пахнешь мочой,
Не продолжатся больше уроки,
Кабинет безобразно пустой,
По тебе скучает указка —
Символ власти, учителя знак,
Ты с детьми говорила о сказках
И держала её в руках.

Ты теперь совершенно другая,
Тебе вскрыли абсцесс культи,
Нету в полости этой рая,
Ты не сможешь к нему дойти,
Твои ноги в ванне лежали
И купались там в формалине,
Их внимательно свежевали,
Чтоб они и дальше учили.

Чайник

Я ставлю чайник на огонь,
Огонь — во мне,
Я — чайник,
Я снова чайник на огне,
Всего подрядчик,
Не начальник.

Я выливаю в клумбу чай,
Он разливается во мне.

Он наполняется со мной,
Я снова чайник.
Я — огонь.

Мы — кровь от твоей крови,
Мы — твоя кровь,
Мы — плоть от твоей плоти,
Мы — твоя плоть.

Мы рядом,
За руки,
Мы рядом,
На земле.

Молись нам,
Как мы

Молись нам,
Мы смотрим
В твой рот,
Он открыт и голоден.

Молись нам,
Мы — твой образ,
Мы — твой господин.

Наверное, это простуда —
Недавно ходил без носков,
Всё падает на пол посуда —
Поднять до сих пор не готов,
Пустеют дырявые руки,
Как только хватаются за,
Наверное, это от скуки,
За веки полезли глаза,
Наверное, это от лени,
Не движутся больше ноги,
Забытые направления,
Потерянные дороги,
На кухне остынет чай,
Он так и не будет выпит,
Как слово — так за плечо,
Наверное, тоже стынет.

Мы не достойны ответа,
Нам запретили вопросы,
Клинит затвор пистолета,
Стонут столы от доносов,
Снова закрыли дорогу
Сняли с путей поезда,
С чаянием молятся Богу,
И, машинально — герба́м,
Хлеба и соли осталось
Только на пару голов,
Мы принуждённо расстались,
Хлопнула дверь на засов,
На пол свалился и треснул
Грозного взгляда портрет,
Он-то вернётся на место,
А вот ушедшие — нет.

Пробуждение среди ночи,
Наливаются кровью глаза,
Среди ночи хочется очень
Всему миру что-то сказать,
Эта мысль не даёт покоя
И мешает работать лёгким:
Меня было когда-то двое,
Я себя не считал одиноким.

Эта мысль — лигатура, узел,
Останавливает мой пульс,
Продолжительная контузия,
За артерии в страхе держусь,
Как за тросы, взбираюсь по ним
Против бега испуганной крови,
Проползаю к тем самым вторым,
С кем уже друг друга не помним.

Все образы, персонажи, события и т.д. в моих стихотворениях выдуманы с нуля и не имеют абсолютно никакой связи с реальностью

По линии законного расстрела
Построилась в шеренгу береста,
Закон — это когда за злое дело,
Хорошее должно быть просто так,
На голову упал осколок смерти,
И вспоминай, как весело ты жил,
На этот случай по бумаге чертят:
«Если убили — значит, заслужил.»
Причины находились и проблемы,
И мотылёк на свечке догорал.
Скажите, императоры вселенной,
Как делать на несчастьях капитал?
Живя на безразличнейшей Земле
Под непрерывным и зловещим свистом,
Под шифером, грохочущем в огне,
Как долго ты пробудешь нигилистом?
Мы, кажется, дошли, к чему хотели,
Традиционно на полях — стада,
Стадами миллионные потери,
А пушечное мясо есть всегда.

Есть родина, а значит, есть и счастье.
Ответь мне, вождь, сидящий на коне,
Когда пройдут все беды, в тот же час я
Смогу уснуть в звенящей тишине?

Где-то на далëких островах,
Девственных для шага человека,
Счастье раздают за просто так,
Без заслуг, без денег и без чека.
Тем, кто счастлив, хочется любить,
Редкость тут и гнев, и слëзы горя,
Кто получит — тот идёт дарить,
А взамен — себе возьмëт чужое.
Для экономистов странный факт:
Несмотря на изобилие счастья,
Спрос на рынке так и не упал,
О цене никто не совещался.
Но, возможно, времена настанут,
Человек на берег попадëт,
Он проснётся, сядет, после — встанет,
Счастье сразу в форму облечëт.
Форма есть — появится цена,
Много разных видов счастья стало,
Конкуренция нежданно рождена.
Что для них — конец, для нас — начало.

Ничего не могу написать, так что держите кое-что старое

Господи, какая же база
Этот бот ещё и откуда-то знает номер моей маршрутки, мне страшно 😭😭😭

📊 Результаты анализа канала от @ScratchAuthorEgoBot

🎯 Канал: @JesusIldarovich

🔥 Роаст анализ:

Этот канал похож на гараж шестнадцатилетнего фаната Егора Летова, которому случайно провели интернет в 2025 году. Твоя поэтическая вселенная устроена с потрясающей стабильностью: если на горизонте появляется живой объект — будь то голубь, кот, возлюбленная или Лазарь, — к четвертому катрену он обязательно сгниет, взорвется на мине или будет аккуратно утрамбован в коробку из-под обуви. Ты рифмуешь панельные дома с похоронами так часто, что коммунальные службы твоего района должны оформить тебе инвалидность по факту хронической сырости в текстах.

Отдельного восхищения заслуживает твоя суровая взрослость. Пост с текстом «Я взрослый и могу позволить себе матюкаться» и угрозы съесть мозги собственной музы звучат невероятно брутально ровно до того момента, пока через два часа ты не выкладываешь пост «помогите, я котенок, пойду нажрусь сладкого с чаем». Твой внутренний титан плотоядно доедает детей-богов, но при виде лета и растаявшего мороженого начинает тихо всхлипывать в углу.

А твоя работа с аудиторией — это эталон цифрового мазохизма. Ты сначала открываешь комментарии ради «67 фанатов», потом пугаешься трех реакций, орешь «бля, запостил хуйню», затем обижаешься, что от тебя отписываются, и тут же слезно просишь прощения за нытье. Не переживай, твои читатели ставят тебе бананы не потому, что они «хейтеры», а просто чтобы проверить, через сколько минут ты выкатишь очередную балладу о том, как твои судорожные пальцы сжимают молоток в маршрутке номер 14.

Ты мечтаешь о масштабной сюжетной поэме, но пока твоя высшая форма концептуализма — это изобрести тридцать вариаций тега «#стихохички» и похвастаться тем, что медиатор устал раньше, чем ты успел выучить четвертый аккорд к дворовой песне про тлен.

Это повторится.

Бля чёт хуйню запостил