Его потащили в сторону рабочего стола Колдуна. Было страшно — осознавать, что ты не можешь сопротивляться, не можешь что-либо сказать. Лишь… быть в чужих руках.
– Прости. Я знаю, ты меня не поймёшь, – тихо и глухо начал говорить старик. – Но я должен это сделать. Как бы плохо тебе ни было.
Плохо? Что он имеет в виду?.. Холодные руки тащили его по грязному полу. Ногами можно было почувствовать каждый гвоздь, каждую неровность.
Но больше всего чувствовался страх. И холод.
Холод — изнутри.
Страх — от понимания, что сейчас будет.
Холод — от осознания: этот человек, тот самый старик, который его воспитал, с которым он прожил столько лет — он будет это делать.