Под вечер мальчику совсем не хотелось засыпать одному, да и в темноте было страшно. В первую ночь здесь он уснул сразу — от усталости. Но сейчас спать совсем не хотелось.
Пришлось встать и пойти к старику, который всё ещё работал с пергаментами.
— …Можешь почитать мне сказку?
Тихий голос донёсся до волшебника, заставив его вздрогнуть и тяжело вздохнуть. Озорник говорил неуверенно, с лёгкой хрипотцой от усталости.
— Иди спать, — коротко отрезал старик.
— Не могу… Почитай сказку, и я сразу усну, честно-честно! Мама просто часто рассказывала мне что-нибудь на ночь…
Мальчик подошёл чуть ближе. Колдун вздохнул громче и медленнее.
— Ты ведь не отстанешь, да? — кивок. — Ладно, иди сюда.
Волшебник сел на старый стул, что стоял за ним, и взял мальчика к себе на колени. На одной из пыльных полок стояли книги, совсем не похожие на детские — но лучше уж что-то, чем ничего. Он достал одну, открыл наугад страницу без рисунков, чтобы ничто не спугнуло мальчика, и начал читать. Точнее, выдумывать — пересказывая вольно, что видел глазами по серым, незнакомым буквам.
Свечи горели тусклым светом. Тишину нарушал только рассказ — странная сказка про то,
как летучие мыши спасались от змея, чтобы их не съели, и как-то туда были замешаны… кишки.
Это была не самая сказочная история. Но мальчику было всё равно. Голос волшебника убаюкивал. Это был не тот мягкий, ласковый голос матери — но всё же он был. И этого было достаточно.
Мальчик уснул у него на коленях, так и не услышав конца странной истории — а там, как раз,
змей всех съел и взорвался.