Аромат свечей и благовоний был везде. В алтаре, колокольне, притворе. В чужих волосах, подряснике, на страницах требника. Запах въелся. Он не выветривался даже на улице, на пороге. Джон мог бы поклясться, что почувствует его даже далеко от этого места. Где-нибудь в закромах пустых улиц и переулков, а может даже в другой реальности. Он проник под его кожу.

А может ему так казалось, потому что он стоял в центре главной залы церкви перед купелью. Она уже старая, повидавшая много таких же грешных душ. Заблудших. Ещё не нашедших путь истинный. Единственно верный. Купель несла с собой историю. Она несла с собой святость. Джону это было чуждо.

Харрис смотрел в чашу, наполненную водой. Такую же святую, как и всё здесь. Как землю, стены, иконы. Как батюшку. Хотя, наверное, было бы богохульством назвать его святым. Он грешный, опасный, хитрый. Недобрый. Зловещий. Он — падший.

Евсей кладет широкую ладонь на плечо Джона. Тот кивает. Крещение началось.

Молитвы раздавались по всему храму, отражались эхом от стен. Все присутствующие хранили молчание. Негоже прерывать батюшку. Негоже мешать Евсею. Им повезло получить разрешение находится здесь. Им повезло лицезреть крещение Джона. Евсей никогда и никого не крестил сам. Для этого у него были люди. Почему же тогда батюшка возится с этим?

— Крещается раб Божий Иоанн во имя Отца, — Джона резко опустили головой в купель, — аминь…

Иоанн? Он? Он был Джоном. На худой конец Дейви. Не Иоанн.

— …И Сына, — его окунули снова, — аминь…

Харрис засомневался в благочестивости церкви и религий в целом. Вот так проходит посвящение в веру? Больше походит на пытку. Но ему придется это пережить, если хочет оказаться в рядах Евсея. Если он хочет заслужить доверия. Если он хочет воплотить собственные планы в жизнь.

— …И Святого Духа, аминь. — Его погружают в святую воду последний раз.

Джон выныривает и тяжело дышит. Глотает воздух. Хватается ладонями за края злосчастной купели. Евсей пропустил мокрые, как перья, пряди сквозь свои пальцы. Он склонился над ним.

— Да благословит тебя Господь на нашем грешном пути. — Прошептал Евсей на ухо Джону.

Теперь он свой. Теперь он Иоанн.

[👾] Никто не пишет тейки, поэтому пишем их сами. Это типо церковная аушка по Евсею и Джону да
#адмтейк