многие философские консультации

выявляют проблему — дефицит общения.

Скучно в компании, пусто с другом, ни о чем с коллегами. Все это не то. Желанно что-то такое другое — глубокое что ли. Что-то, что противоположно этой компании, этим коллегам и этому другу.

С ними мы ведём коммуникацию. Это обмен информацией, дистанция, поверхность.

Желанно же общение — обмен энергией (в т. ч. смыслами), близость, признание.

Общение отличается от коммуникации особым признанием — целостным. Человек признается как личность во всей целостности, а не как отдельная функция — исполнитель социальной роли. Поэтому в общении сложно проследить четкую иерархию — власть переходит от одного к другому, переливается и не фиксируется.

При общении скипаются статусы — нет ни сына ни матери, ни ученика ни учителя. Скипается возраст, гендер. Стирается всё, что определяет человека как функцию, как носителя социальной роли.

Сегодня, когда люди дивидизированы (чекай тут, что такое дивид), специализированы в производстве, когда их жизнь тотально структурирована социальными институтами — дефицит общения расползя цепкими лианами.

Для общения нужен досуг: время, свободное от работы и отдыха. Но производственные циклы стали настолько плотными, что лишают человека досуга и оставляют его в толпе наедине с самим собой: одиноким, но ожидающим Другого.