Место для эпиграфа

Летом отыскала свою «Пурпурную Америку» Рика Муди. Догнала её в книжном, а потом в Китае не хотела переживать все эти семейные ссоры, не хотела слышать разговоры и мысли разных людей, объединённых одной фамилией или домом, но переживала и слушала. Роман этот тяжелый, как и яркий цвет пурпурной американской гостиной - тихой и дикой. Текст, который и не читать не можешь, и читать невыносимо: один поток мысли, другой, и вот уже не выбраться из них.

Джармен в своей книге писал, что «пурпурный напирает, а фиолетовый стесняется». Так и есть. Стесняемся все мы и всю жизнь, пока на нас кто-то или что-то напирает. Муди эту мысль описал подробно и в цвете.

Романтика - это плохое освещение, продуктовые магазины, боулинг в вечер Лиги, приморские городки зимой, пустые главные улицы. Романтика в сердцах тех, кто отказался от романтики. Лучше всего она процветает в таких вот помещениях - одноместных туалетах, где женщины испускают дух.

«…гордость за чизбургер, за то, что его корни уходят к пастухам Запада, этим либертарианцам с традиционными ценностями, к этим суровым пастухам, этим вигилантам, укротителям природы, его чизбургер - и Великие равнины, Великие равнины - и религиозные семьи, избавившие Запад от заразы коренных обитателей; его чизбургер - и пурпурные горы с тучными равнинами; он любит свой чизбургер; он съест больше одного; он отдается чизбургерам без остатка: двести двадцать грамм премиальной говядины на поджаренной булочке с луковыми кольцами, салатом айсберг и твердокаменными тепличными помидорами, с искусственным сырным продуктом из пластиковой бутылки промышленного размера (пригодной для переработки), с безымянным кетчупом и стандартной горчицей, в окружении картофеля и волнисто нарезанных корнишонов! Спаси Запад! Съешь бургер!»

Рик Муди
«Пурпурная Америка»

Сорокин, я, наш вариант «Пианистки».

«Тридцатая любовь Марины» - удивительно странный, удивительно смешной, удивительно всевидящий и всезнающий, как оно в стране было, бывает и будет, текст. Читать, короче!

не забываем Индию

🐍 напоминание из Пышмы

На подумать🤔

Последний год у меня проходит в режиме «рельсы-рельсы, шпалы-шпалы». И все эти разы, пока глядела в окошки, вспоминала Транссиб Кати Гущиной. Могла бы - тоже нарисовала. А пока тут любуемся.

Сколько было пройдено улиц в разных городах под лекции Натальи Ивановой. Сегодня наконец попала на встречу с ней.

Георгий Владимов - фигура для меня неизвестная. Единственная зацепка с его произведениями в моих знаниях - фильм «Снегирь», который снят по мотивам романа «Три минуты молчания». Но и то, как отметила Иванова, всё в этом кино не так: духа книги, которую многие в своё время ругали за якобы показанную неправду, нет. Поэтому ещё читать и читать мне истории Владимова, знакомиться с ним через его же слова.

Одна из немногих работ об этом писателе - книга Светланы Шнитман-МакМиллин. Сейчас не так уж часто говорят о нём. А жизнь Владимова выпала на интересные времена: такие, которые всякому его научили. Может, его мысли могли бы помочь и нам сейчас. Ведь слишком многое он замечал и многое понимал.

А лекцию, думаю, скоро можно будет посмотреть в группе Ельцин Центра.

«Никто не спит»

и я не спала в тот день.
На один квадратный квадрат в городе аж два книжных пока ещё.

До 25 сентября «Другие измерения» в Тюмени ещё работают. Поэтому призыв снова такой - приехать и купить что-то себе на память.