Там кто-то что-то говорил о своей римской империи в диамтаймах, да?
Ну, она у меня тоже есть, своеобразная весьма.
Нравится мне думать о них как о бессмертном существе, давно рассудок здравый потерявшем, потерявшим всё духовно ценное, с, настолько, размытыми рамками добра и зла, что от него и вовсе не знаешь чего ожидать - попреветствует тебя иль ради забавы собственной ножом пырнет в бочину, аль кишки выпустит, что уж в голову старую взбредёт и простом человеке, технике, что ведя отшельнический образ жизни, понимая, что идеи его многие могут доставить неприятности кому-либо, поселился у черта на куличиках, не иначе, но вот незадача мужчину постигла в один из дней проведенный в шахте за поиском меди - разворачивают его резко, что всё тело от неожиданности и страха цепенеет, а перед собою видит странного человека? А человек ли это с алыми словно кровь глазами, руками ледяными как у мертвяка да белком глаз чёрным? Никак нет, но существо агрессии не проявляло, рассматривало с интересом бровь одну подняв, сжимает челюсти до боли, а после нагло стягивает балаклаву и уже лицо осматривает, скалится, пытается выдавить из себя улыбку, бубнит под нос себе что-то да балаклаву прикаманив, уходит невесть куда, оставив мужчину в той шахте на едине с собой, забывшего как дышать на эти несколько минут.
Они видятся с того момента часто, украдкой, но Обсидиан замечает неизвестного в глубинах множественных коридоров шахт, даже на территории собственной, по ночам, слышит шаги размеренные, кто-то по хозяйски ошивается, в окна заглядывает, без стеснения и озарения совести позволяет лазить по ящикам, механизмам, помещениям жилым, оставляя после себя то пару ягод клюквы то бутылек с под чего-то, а в один из дней Тайм и балаклаву свою нашёл, лежащей прямо на подоконнике у его кровати.
Его это пугает. Пугает да в одночасье манит. Он подсознательно хочет увидеть это нечто ещё раз, увидеть воочию как он бродит по его территории, заставляя сомневаться, что это его территория, как оставляет те ягоды и специально ли, а в конце концов - поговорить. Спросить, что ему нужно от него.
А Диамкеем движет интерес. Интерес к тому, что решился поселиться на, якобы, проклятой, по поверьям да легендам, территории, да не уходит от туда даже когда он в открытую там лазит. Диамкей знает, что человек не спит по ночам, лежит вжавшись в постель свою и слушает, не может совладать с животным ужасом, что таится в каждом живом существе. Знает, что он слышит как открываются его сундуки, как хлопают дверцы складских помещений и, далеко не от сквозняка.
И ему нравится. Нравится когда его боятся, на подсознании, не хочет, чтобы человек место это покидал, но всё ещё руководствуется тем, что это его территория и никто кроме него не имеет права здесь сосуществовать. Он позволил сожительство одному горе-ученому и, его ему просто по горло достаточно, хотя, кто кого достал - вопрос хороший. И, после него, ещё одного здесь не потерпит. Хочет думать, что не потерпит, но не делает ничего эдакого чтобы избавиться. Ничего, чтобы напугало мужчину так же как и множество других людей до него да и не знает, что на него ещё подействует. Убивать, почему-то, он не хочет, а вот напугать становится всё труднее, кажется, что этот горе механик начинает привыкать.

#мш #хэдканон