🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 💭💭💭💭💭💭 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 Я поморщился, вытер лицо рукавом пальто и, чертыхнувшись, скинул обувь. Осаму вскрикнул по-девичьи и попытался улизнуть. Как казалось мне. Но он обманул меня. Настиг сбоку, схватил за руку и потащил в самую воду. Штаны намокли, подол пальто тоже. Это было отвратительное чувство.
— Осаму! — завопил я. — Я вас придушу!
— Не посмеете, не посмеете! — хохотал он, увлекая меня в глубь. — Неужели не нравится?
— Вода ледяная! — закричал я, пытаясь отстраниться, но в какой-то момент чуть не упал, обречённый промокнуть полностью, однако японец успел подхватить меня.
Кодеин Лин🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 💭💭💭💭💭💭💭💭 💭💭💭💭💭💭💭💭 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 ...И тут явился «блудный сын». Дазай подкрался со спины и закрыл мне глаза холодными ладонями, отчего я вздрогнул то ли от холода, то ли от неожиданности. — Угадайте кто? — промурлыкал Осаму…
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 💭💭💭💭💭💭💭💭 💭💭💭💭💭💭💭💭 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 ...И тут явился «блудный сын». Дазай подкрался со спины и закрыл мне глаза холодными ладонями, отчего я вздрогнул то ли от холода, то ли от неожиданности.
— Угадайте кто? — промурлыкал Осаму, явно держа что-то в зубах.
— А я уже подумал, вы бросили меня, — я отстранил его ладони от лица и развернулся к нему, скрестив руки на груди.
Лицо моё тронуло изумление. Осаму стоял с розой в зубах. Фу, как вульгарно.
— Дазай, что это?
Он взял цветок в руки и протянул мне, но я тут же отшатнулся.
— Это вам, Фёдор!
— Фу! Вы её во рту держали!
— Это вам за то, что подстрелили меня и спасли!
— Уберите от меня розу, вы с ума сошли! Она вся в ваших слюнях!
— Да что вы знаете о преподнесении? Это высшее проявление уважения!
Я возвращаюсь в работу. Мне нужно мнение.. Мне кажется последние две главы словно бы не очень уместны. Что вы думаете на этот счет? Если, конечно, помните что там было
Кодеин Лин🔠🔠🔠🔠🔠🔠🔠 🔠 💭💭💭💭💭💭 💭 💭💭💭💭💭💭💭💭💭 TW: кровь, кровь, много крови 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 Нет, это тело не грешника. Это тело Осаму Дазая. Японец, которого я встретил в Париже, с которым делил кров, свёл общую казну, играл с ним в карты, шёл по следу.…
С бетонного потолка, покрытого мокнущими разводами, медленно, будто нехотя, падали тяжелые капли. Они разбивались о цементный пол с тупым, однообразным стуком, и вода, не впитываясь в камень, собиралась в мутную лужицу прямо посередине камеры. В том самом месте, куда ни дотянуться, ни переступить, если лежать на нарах. Стены, изъеденные черной, маслянистой плесенью, дышали гнилью и безнадегой, казалось, они шептали хриплым, липким шёпотом: «Здесь ты и помрёшь. Здесь тебя и закопают, как собаку». Единственным отверстием было не окно, а скорее бойница, прорубленная под самым потолком, загорожено тремя толстыми железными прутьями, впаянными в бетон. Сквозь эту щель, узкую, как прорезь в тюремном люке, с трудом пробивались скупые лучи солнца, но и они, добравшись до пола, становились тусклыми, бессильными, будто раздавленными тяжестью здешнего воздуха. Ветхая койка, сбитая из неструганых досок, скрипела при каждом движении. Тоскливо, но по-живому, словно жаловалась на собственную участь.
🤩➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿🤩 Душные дни твои словно риза, Но взгляд твой всегда точно вызов. Нравы твои — ветошь, образ твой — гадок. Разрушу всё вновь — ненавижу порядок. Над тобой витает флер и тишина. То ли мышь шуршит, то ли кот идет неспеша. Ты знаешь, мышь — это ты, а кот — это я. Я охотою увлечен, а ты лишь своим планом: Ликовать над болью, радоваться ранам. Я не устану от тебя, на тайны падок, Но разрушу всё вновь — ненавижу порядок.
