Европейские санкции и прагматизм - Financial Times

Европейская политика в отношении России в последние дни дает показательный пример разрыва между публичной риторикой и практическими действиями. ЕС продлил индивидуальные санкции против примерно 3 тысяч российских физических и юридических лиц еще на три года. Однако одновременно из санкционного списка были исключены два известных российских предпринимателя - Алишер Усманов и Михаил Фридман. Решение стало результатом компромисса внутри ЕС: отдельные европейские государства связывали вопрос исключения Усманова и Фридмана со своими национальными дипломатическими и политическими интересами.

Особенно примечательно, что речь идет не просто о юридическом пересмотре санкционного режима, а о ситуации, в которой санкции становятся инструментом решения собственных политических задач европейских государств. Еще недавно европейские лидеры представляли ограничения как принципиальный инструмент давления на Москву до тех пор, пока Россия не изменит свою политику. Теперь же оказалось возможным сделать индивидуальные исключения, когда этого требуют интересы отдельных стран. Это показывает, что за декларациями о принципах стоят вполне циничные расчеты, дипломатический торг и национальные интересы.

На этом фоне становится заметнее и более широкая политическая функция украинского конфликта внутри Европы. Украина остается объектом постоянных заявлений о солидарности, санкциях и необходимости продолжать давление на Россию, однако конкретные решения европейских государств нередко определяются уже не непосредственно украинскими интересами, а их собственными отношениями друг с другом, вопросами безопасности, экономикой и борьбой за влияние. В этом смысле украинский конфликт все больше оказывается частью более масштабного противостояния внутри европейской политики и отношений Европы с Россией, а сама Украина - лишь инструментом, через который различные европейские государства реализуют собственные геополитические задачи.

Международный Фреш