Горе от ума или причины упадка FreeBSD

Каждый раз, когда заходит речь про FreeBSD, обязательно появляются фанаты и поклонники системы, которые рассказывают какая она передовая и продвинутая, не то, что эти все ваши «линухи» и т.д. и т.п.

Тут, конечно, хочется задать классический вопрос: если ты такой умный, то почему такой бедный? А применительно к ОС хочется спросить, а где ее пользовательская база? И почему так получилось, что из технологического лидера FreeBSD очень быстро превратилась в маргинальную и нишевую систему.

Я почитал материалы 2011 года, когда от FreeBSD отказались два отечественных IT-гиганта – Яндекс и Рамблер. Тогда было сломано много копий, но были и вполне разумные выводы и высказывания, которые, к сожалению, оказались не услышанными.

Основная проблема FreeBSD – это ее происхождение, а появилась она в университете Беркли и разрабатывалась в первую очередь в этой самой университетской среде. Это сразу задало стиль разработки – строим величественный собор под руководством грамотных архитекторов.

С одной стороны – это правильно, это хорошо. Но с другой – страшно далеки они от народа, эти все архитекторы, равно как и научная, университетская среда от обычной жизни.

Linux строился по принципу караван-сарая. Надо – сделаем, вот тут с боку прилепим, ну и что, что неказисто, зато работает. И, что более важно, в разработке Linux использовался инженерный подход, а не научный.

В этом и заключается самая большая разница и самая большая проблема BSD. Любой инженер знает, что теория проверяется практикой и никак иначе. Если какая-то идея хорошо выглядит на бумаге, но нормально не работает – это плохая идея и ее следует отвергнуть.

Также любой инженер знает, что такое эксплуатация, изделие может быть сколь угодно технически продвинутым, но, если оно требует трехмесячных курсов и работы в белых перчатках – это плохое изделие.

Хорошее изделие должно быть эффективным, простым и недорогим в обслуживании. А еще инженер знает, как важна обратная связь с эксплуатацией, ибо только эксплуатация может выявить все сильные и слабые стороны.

А также эксплуатация может сказать, что вот это нам не надо, а вот это, наоборот, надо развить и улучшить. И это будет правильно, так как практика всегда важнее теории.

Поэтому в Linux всегда приветствовали простых пользователей, т.е. эксплуатантов, прислушивались к ним, считали равноправной и неотъемлемой частью сообщества. И это работало и работает до сих пор.

Участники сообщества дают обратную связь, оказывают поддержку на форумах и в каналах, пишут статьи и мануалы, всячески повышая популярность своей системы.

Но академическая среда устроена совсем по-другому, это закрытая система, где критика может приниматься только от равных. Критиковать архитектора могут только архитекторы, желательно равные по регалиям и заслугам.

А попробуй это сделать какой-нибудь «выскочка», то его сразу спросят: а где твои научные работы? Кто ты вообще такой? Кто позволил тебе критиковать авторитетного и уважаемого человека?

Этот же стиль полностью перенесся на FreeBSD, где все решения по системе принимала узкая кучка лиц. Которая, по сути, писала систему для себя, не считаясь с мнением сообщества. Если в системе чего-то не было, значит это просто не нужно. Простой и универсальный ответ на все вопросы.

Само же сообщество было проникнуто духом элитарности и крайне высокой планкой вступления. На любое замечание по работе ПО было принято спрашивать: where are your patches? (Где твои патчи?).

Т.е. если ты не способен соответствовать высоким запросам сообщества – то тебе в нем делать нечего, тебя там не ждут, тебе не рады. И об этом заявлялось практически официально, мол нам тут не нужны «недоадмины» по образу и подобию линуксовых.

В результате народ начал голосовать ногами в сторону более демократичного и развивающегося Linux. А когда «великие архитекторы» проспали ряд технологических новшеств, ногами стал голосовать и бизнес, хотя нерешаемых технических проблем там не было.

Но «элитарный» подход и «это не нужно» - свое дело сделали.