После того как администрация Дональда Трампа фактически свернула USAID — крупнейшую в мире программу двусторонней помощи — многие предположили: вакуум немедленно заполнит Китай. За последние двадцать лет Пекин действительно превратился в один из крупнейших доноров: с 2000 по 2023 год только 17 стран в мире не получили от него ни кредита, ни гранта. А общие затраты в рамках инициативы «Пояс и путь» уже превысили $1 трлн. Новое исследование показывает: китайская помощь вовсе не хаотична и не «для всех подряд». Пекин действует куда тоньше.
◾️Где Китай действительно ищет влияние
Китай резче наращивает помощь тем странам, которые в данный момент руководят региональными организациями — например:
Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Африканский союз (АС)
Когда государство занимает кресло председателя, объём китайского финансирования резко растёт — в среднем в 7 раз, что даёт дополнительные $90 млн за год. Зато членство в Совбезе ООН, где обычно увеличиваются западные вливания, на китайскую помощь не влияет.
Выбор Пекина очевиден: ему важны именно региональные площадки, где легче влиять на повестку.
◾️Зачем Китаю региональные лидеры
Региональные структуры — удобная точка приложения силы:
— они формируют нормы и правила, по которым взаимодействуют страны глобального Юга;
— председатель задаёт тон обсуждениям — от торговых механизмов до горячих конфликтов;
— позиции председателя часто определяют содержание итоговых документов.
Когда Камбоджа возглавляла АСЕАН в 2012 году, она заблокировала совместное заявление, где критиковались действия Китая в Южно-Китайском море. Через два месяца Пекин выделил Пномпеню $500 млн новых кредитов и грантов.
А в Африке организация под председательством Мавритании поддержала континентальный запрет на торговлю ослиными шкурами — проблема, напрямую связанная со спросом на традиционные лекарства в Китае, — но при этом в итоговом документе не стала обвинять Пекин. Позже Китай повысил уровень отношений с Мавританией и расширил экономическую поддержку.
◾️Важная деталь: не вся китайская помощь — политика
Несмотря на общее мнение, политически мотивированная помощь составляет только около 10% китайского внешнего финансирования — то, чем распоряжаются непосредственно госагентства.
Основные же объёмы идут:
— через государственные банки развития,
— через коммерческие банки,
и те действуют ближе к логике западных кредиторов с оглядкой на окупаемость.
Именно госагентства, имеющие высокую степень свободы, используют помощь как инструмент влияния. Банки — нет.
Запад продолжал играть в глобальные институты, а Китай тихо укреплялся там, где влияние формируется быстрее — в региональных организациях глобального Юга. Эти площадки:
определяют стандарты развития, участвуют в предотвращении конфликтов,
задают ранние сигналы по геополитическим кризисам,
формируют реакцию на войны и санкции. Игнорировать их теперь невозможно: мир стал многополярным, и именно региональные союзы всё чаще становятся «узлами влияния».
◾️Главный урок
Китай не разбрасывает деньги. Он работает точечно — через тех, кто способен повлиять на десятки стран сразу.
Чтобы конкурировать, например, США и их союзникам нужно понимать:
какая часть китайских денег — политика, кому именно они идут, какие площадки Пекин считает стратегическими.
Только так можно выстроить адекватный ответ — или хотя бы отказаться от иллюзии, что Китай действует «хаотично».
#Китай
😎 Лаборатория
