У вольных
Мы принадлежим к последнему поколению путешественников. Мир стремительно становится одинаковым: асфальт, демократия и доллары быстро распространяются по всей поверхности планеты.
Передвигаться по планете сейчас легче, чем в прошлом. Главное отличие не в транспорте или в визах. Путешественники прошлого перемещались по неизведанному миру, попадали в далёкие страны, информации о которых у них не было. За горизонтом их ждало неизведанное, и они возвращались с открытиями, если, конечно, им суждено было возвращаться.
Иное дело сейчас. На карты нанесены все реки и острова. С помощью спутников измерены мельчайшие неровности земной поверхности. Карты и информацию почти о любом уголке мира можно найти в книгах или в Сети. Информации становится больше, она становится доступнее; путешествовать всё безопаснее и проще, но эпоха путешествий и открытий уходит навсегда.
Настоящие путешествия сменились туризмом, в двух основных формах: активные прогулки на природе и поездки по интересным странам-городам. Многим людям всё ещё хочется своими глазами посмотреть на разнообразие мира, даже если оно (это разнообразие) уже тысячу раз увидено, сфотографировано, опубликовано в журналах и выложено в Интернет.
Мир стремительно становится одинаковым. Древние крепости, монументы и развалины, открытые археологами и путешественниками 100-200 лет назад, стали центрами туристского бизнеса. Вокруг каждого древнего храма или пирамиды пасутся билетёры и продавцы открыток и сувениров. Слоны, бегемоты и другие крупные звери избежали съедения только в заповедниках и национальных парках, где им позволено остаться в живых лишь потому, что они приносят валюту в казну соответствующего государства. Все высокие горы платные, билетёры пасутся также у водопадов и других замечательных мест; самые красивые места объявлены заказниками для сдирания денег с посетителей.
Одинаковые товары завозят в порты всего мира; повсюду строятся асфальтовые дороги; умирают ремёсла и местный стиль жизни; приходят кока-кола, кодак-сервис и джинсы. Российское оружие, китайские часы-будильники и эквадорские бананы продаются примерно по одной и той же цене в разных концах мира. Разнообразие исчезает, и целые народы одеваются уже в одинаковую одежду, узнают курс доллара и как он выглядит на вид; старательно изучают английский язык и вопрошают туриста тысячью голосов: хеллоу, мистер!
Осталось ещё несколько мест на планете, где благодаря плохому климату, гражданской войне или закрытой политической системе (а порой и всему сразу) сохранился свой жизненный уклад, куда не пролезли ещё банкоматы, спутниковое телевидение, интернет-кафе, пластиковые пакеты и бутылки, права человека и система Western Union. Есть ещё места на Земле, где люди готовят еду на огне, где в школе пишут на деревянных табличках, ездят на ослах или ходят пешком, где не знают курс доллара, где не трезвонят мобильники и не может полететь Windows.
Но будущее – их будущее, а наше настоящее! – идёт и наступает, грохотом машин и тракторов, которые прокладывают асфальтовые дороги; наступает скрипом перьев, подписывающих мир и дружбу и торговлю между странами, правительствами и государствами; наступает шелестом купюр, вылезающих из прорези банкомата. Завтра – уже завтра! – последние уголки самобытной, не «мировой» цивилизации – будут обнесены забором, и новый билетёр будет собирать с туристов плату за вход в заповедник человеческого прошлого. А сами «настоящие» герои, вечером, сменив самошитый дедами халат на галстук и джинсы, сядут в джип, спрятанный возле хижины, и отправятся в ближайший городок – тратить заработанные сегодня на туристах деньги.
Путешествия сменяются туризмом, мир приводится к одному знаменателю, становится более удобным и менее интересным. Хорошо это или плохо? Судить не нам. Последние возможности настоящих путешествий стремительно тают. Но что-то узнать, увидеть и рассказать людям за последнее десятилетие нам удалось.