Порой искренние намерения возлюбленного гораздо сложнее предсказать, чем планы врага.💠
перечитала "убить волка" спустя три года и заново прожила все взлеты и падения с персонажами, но уже не из состояния тяжелой депрессии, а из сильной так сказать позиции
🌹очень люблю их отношения, их динамику
решила нарисовать свою любимую сцену из 89 главы
запилю сюда любимые кусочки, вдруг тоже прочувствуете и захотите почитать (смеюсь как здесь эволюционирует Чан Гэн от начала к концу новеллы)
Чан Гэн обнял Гу Юня так внезапно, что маршал на мгновение оцепенел. Странное чувство заполнило его сердце - впервые кто-то обнял его так крепко, искреннее делясь чувством взаимной потребности друг в друге.
Легкомысленный и нахальный образ маршала Гу - "я непобедим в этом мире", который он натягивал на себя изо дня в день, и впрямь оказался искусной маской.
Он прекрасно осознавал как преимущество собственных сильных сторон, так и пределы своих возможностей. Если бы Аньдинхоу был так самоуверен, то после нескольких вылазок на поле боя трава на его могиле, вероятно, уже бы выросла в человеческий рост.
Однако в какой-то момент сердце Гу Юня облачилось в броню из притворной личины "в этом мире нет ничего, что бы я не сумел"
💠💠
Они не виделись столько лет, и теперь Чан Гэн с удивлением обнаружил, что прежние напряжение и страх больше не трогали его сердце. Смеялся Гу Юнь или злился — Чан Гэн страстно желал видеть все его эмоции.
Четыре года назад, безустанно притворяясь, что ему не не больно, он пресытился
страданиями. Тогда Чан Гэн чуть не сказал:
«Поместье - не мой дом! Оно не сможет удержать меня!»
Четыре года спустя он с трепетом смотрел на Гу Юня, словами обнажая самые сокровенные чувства.
— Если ифу нет дома, какой смысл
возвращаться?
Маршал Гу не мог злиться больше трех предложений. Осознав смысл вопроса Чан Гэна, он перестал удерживать холодное выражение лица, а его каменное сердце превратилось в мягкий хлопок.
💠💠
– А если я и правда...
– Я тебя не оставлю, даже если ты сойдешь с ума, – Гу Юнь удобно устроился на его согнутой руке, используя её вместо подушки. Пару раз он легонько шлепнул Чан Гэна, а затем закрыл глаза. — Если ты сбежишь и кого-нибудь покалечишь, то я переломаю тебе ноги и запру в поместье. Будешь круглые сутки сидеть под моим неусыпным надзором. Теперь доволен? Вот зачем ты среди ночи напрашиваешься на взбучку...
Хотя ему не сказали ни одного ласкового слова, дыхание Чан Гэна резко участилось, а глаза загорелись от голодного желания.
💠
💠
Не успел он договорить своё «чего?», как почувствовал теплое прикосновение к шее. Оказывается, пользуясь всеобщей неразберихой и паникой, Чан Гэн улучил момент и лизнул его.
Даже сквозь жуткий гвалт Гу Юнь разобрал, как на ухо ему прошептали:
– Разве не романтично, умереть вот так – вместе?
Гу Юнь потерял дар речи. Янь-ван остался бы невозмутим и если бы рухнула гора Тяньшань — их корабль падал, а ему хватало наглости на дерзкие выходки. Гу Юнь признал свое поражение. Похоже, господин Фэнхань был совершенно прав: Его Высочеству неведомо чувство тревоги.
#art@inknnovationn