Известный аналитик рынка дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ) Аравинд Равичандран (Aravind Ravichandran) из TerraWatch Space написал текст о буме гиперспектральной съемки. Вкратце, дело в следующем:
В период с 2018 по 2025 год сегмент гиперспектрального дистанционного зондирования (ДЗЗ) перешел от единичных демонстрационных миссий к регулярным запускам спутников. Формируются государственные и коммерческие спутниковые группировки стран Азии, Европе и Северной Америке.
К государственным гиперспектральным миссиям относятся HysIS, PRISMA, EnMAP, китайские Zhuhai-1 OHS, HJ-2A/B, Jilin-1. Среди частных операторов — Orbital Sidekick, Planet, Wyvern, Pixxel, Esper, Kuva Space, Matter Intelligence.
В отличие от развития радарной съемки из космоса, гиперспектральная съемка не имела предшествующей открытой базы данных, аналогичной Sentinel-1. Это замедлило создание инструментов обработки и алгоритмов анализа данных. Гиперспектральные данные сложнее большинства оптических снимков, а сопутствующая наземная инфраструктура обработки менее развита.
Положительным фактором служит многолетнее применение гиперспектральной съемки с авиационных и беспилотных платформ в сельском хозяйстве, биотехнологиях и наблюдении. Однако для спутникового масштаба необходима достройка технологического слоя. Важным этапом для развития сегмента станет запуск миссии Copernicus CHIME в 2028 году.
Что аппаратов для гиперспектральной съемки стали в последние годы запускать больше — это факт. И что CHIME, как бесплатные
А вот с остальным можно поспорить.
Разница не в том, что у радарных данных был Sentinel-1, а у гиперспектральных не было. Много лет можно было пользоваться открытыми гиперспектральными данными EO-1 Hyperion. Да, это не Sentinel-1, но распробовать и научиться работать с данными было можно.
Десятилетия использования гиперспектральных данных на авиационных платформах тоже вызывают вопросы: почему за это время данные так и не стали популярными? почему не наработали инструменты для работы с ними?
Дело, на наш взгляд, в балансе востребованности и сложности использования. Радарные данные давали существенно другую информацию, которую нельзя добыть оптической съемкой и которая получались в условиях, недоступных для оптической съемки. Поэтому они были востребованы.
Гиперспектральная съемка, как разновидность оптической, испытывает все ограничения, свойственные этому виду ДЗЗ. Она дает гораздо больше спектральных каналов, но зачем? Какая польза в массе каналов, тесно коррелирующих друг с другом? Выгода от большого числа каналов далеко не очевидна.
Гиперспектральная съемка — это оптическая спектроскопия, и пользоваться ее данными нужно как данными спектроскопии. Это непривычно, требует специального софта (которого открытого как раз и не хватает) и … нужно далеко не всем.
Зато востребованными стали данные прибора ASTER — мультиспектрального, но с узкими (для 1999 года) каналами, заточенными, в первую очередь, под геологию. Можно представить себе современный гиперспектральный спутник, который выделяет фиксированные наборы каналов: готовые пакеты под конкретные задачи или гибкий выбор по запросу клиента. Данные станут привычными мультиспектральными, оставаясь узкополосными. А если добавить тепловую съемку в нескольких диапазонах — вообще хорошо получится.
В военном плане от гиперспектральной съемки ожидается лучшее преодоление маскировки. Но вот пространственное разрешение данных пока не дотягивает — с разрешением 5 метров трудно на что-то рассчитывать. Тем не менее — и рассчитывают и пробуют. Военные ведомства западных стран вовсю тестируют данные новых гиперспектральных спутников. Драйвер роста отрасли — он такой.
#гиперспектр