Между телом и телом нет ничего,
кроме меня.
Это не состояние,
не объект,
не дух,
не факт,
тем более не пустота существа,
абсолютно ничего духовного, ни духа, ни разума,
не тело, это не пересаживаемое [l’intransplantable] «я» [moi].
Но не «я» [moi],
у меня его нет.
У меня нет «я» [moi], но есть только я и никого больше,
невозможна никакая встреча с другим,
то, что я есть, не поддается различению или противопоставлению,
это абсолютное вторжение моего тела, всюду.