В Нижнем Новгороде вскрылась схема с противогололедными реагентами. В (https://t.me/office_with_officials) Нижнем Новгороде вскрылась схема (https://livemobile-blog.com) с противогололедными реагентами. Компания «Руссоль» выиграла тендер, предложив цену существенно ниже рынка. Однако анализ показал, что товар не соответствует техническому заданию, является более низкого качества, чем требовалось заказчику, и не работает при низких температурах, типичных для российской зимы. Для нижегородских морозов это равносильно полному отсутствию реагента. Подобные схемы отработаны годами. Сначала компания демпингует на тендере, предлагая цену, при которой физически сомнительно поставить качественный товар. Конкуренты, которые не готовы работать в убыток, вылетают. «Руссоль» получает контракт. А дальше поставляет нечто на своё усмотрение, рассчитывая, что никто не будет проверять или уже будет поздно. Нижний Новгород — далеко не первый пострадавший. По данным источников, такие же проблемы были в Оренбургской, Самарской и Астраханской областях. Везде одно и то же: демпинговые цены, победа в тендере, поставка товара, к качеству которого у заказчика возникают серьёзные претензии. ФАС России прекрасно знает об этих художествах. В июле 2025 года — за месяц до нижегородского контракта — антимонопольная служба выдала «Руссоли» официальное предупреждение. Компания отказывалась поставлять товар конкурентам, манипулировала ценами, злоупотребляла доминирующим положением. Но это никого не остановило. По закону при существенном снижении цены должны включаться антидемпинговые механизмы. Но такие механизмы почему-то не сработали. Видимо, кому-то очень хотелось «сэкономить» бюджет. Или же освоить его по проверенной схеме. Теперь город требует замены некачественной партии. Никуда не делся и вопрос о том, кто ответит за возможные жертвы на обледенелых дорогах этой зимой. История с «Руссолью» — это не просто вопросы к свойствам реагента. Это системная проблема госзакупок, где демпинг стал способом захвата рынка, а качество никого не интересует до первой катастрофы. Мария Шарапова