• На 15 июня был запланирован шестой раунд переговоров Ирана и США. Однако встреча не состоялась, поскольку 13 июня Израиль напал на Иран. А в ночь на 22 июня Трамп отдал приказ бомбить Исламскую Республику. Утверждалось, что столь радикальные меры потребовались, чтобы лишить Тегеран желания и возможности производить ядерное оружие. Однако эффект от всего этого, вероятно, будет прямо противоположным.
• И МАГАТЭ, и спецслужбы докладывали, что нет доказательств того, что Иран разрабатывает ядерное оружие (ЯО). Но всё это не уберегло Исламскую Республику от нападения США и Израиля. В результате в Иране были частично разрушены ядерные и некоторые военные объекты, убиты десятки военных и физиков-ядерщиков, пострадала часть гражданской инфраструктуры, погибли около тысячи граждан и ещё пять тысяч получили ранения. Причиной произошедшего послужила не столько ядерная программа, сколько идеологические разногласия.
• В развитии иранской ядерной программы можно выделить три этапа: до Исламской революции (1957–1978), после Исламской революции (1979–2002), кризис после обнаружения незадекларированных ядерных объектов (2003–2025). Судьбоносным для Тегерана стал третий этап развития ядерной программы, когда она стала предметом международных переговоров.
Парадокс иранской ядерной программы заключается в том, что большинство военных разработок Тегеран провёл до 2003 года, а проблемы начались в последующий период
• Иран настаивает, что имеет право на мирный атом, ссылаясь на статью IV ДНЯО. К тому же соглашение о гарантиях МАГАТЭ не ограничивает уровень обогащения урана. В ответ Тегерану приводят в пример ОАЭ, которые развивают ядерную программу, но от обогащения урана доровольно отказались. Однако опыт подсказывает Ирану, что соглашаться на импорт обогащённого урана не стоит.
• Если до войны поводом для претензий со стороны МАГАТЭ служили урановые частицы двадцатилетней давности, то теперь на повестке вопрос: где находятся более 400 кг высокообогащённого урана? Ответ на него агентство вряд ли получит, поскольку Иран прекратил с ним сотрудничать.
• Причиной разрыва стали три обстоятельства. Во-первых, в принятой накануне израильской атаки резолюции МАГАТЭ говорилось, что Иран не соблюдает взятые на себя обязательства. Во-вторых, после израильской атаки Гросси сфокусировался на описании ущерба, нанесённого иранским ядерным объектам. В-третьих, если допустить инспекторов МАГАТЭ к ядерным объектам для оценки ущерба, возникает риск, что эта информация станет доступна Израилю и США и будет использована для планирования будущих атак.
• Что дальше? Прежняя политика не уберегла Иран от нападения — сомнительно, что есть смысл и дальше петлять, развивая ядерную программу, но обещая не пересекать черту, отделяющую мирный атом от боевого. Чтобы Тегеран отказался от военной ядерной программы, ему потребуются такие гарантии безопасности, которые никто не даст — во всяком случае, публично. Остаётся корейский путь — сосредоточение всех сил и создание ЯО как единственного средства, гарантирующего безопасность государства.
Читать статью для @profilejournal
Подписывайтесь на ИМИ МГИМО | Наш подкаст «Внешняя политика»
