Если думаете, что Средневековье – это только рыцари, интриги, любовь к прекрасной даме и сражения, то… в случае Абеляра это все абсолютная правда. От Абеляра до нас дошло действительно уникальное описание жизни средневековых философов изнутри (а вместе с этим не менее ценное описание хрупкого мужского эго).
Юность Абеляра
По сословию, Абеляр мог быть рыцарем, но он отказывается от этой судьбы и солидного наследства, сразу верно расставляет приоритеты:
Избрав оружие диалектических доводов среди остальных положений философии, я променял все прочие доспехи на эти и предпочел военным трофеям — победы, приобретаемые в диспутах. Поэтому, едва только я узнавал о процветании где-либо искусства диалектики и о людях, усердствующих в нем, как я переезжал, для участия в диспутах, из одной провинции в другую, уподобляясь, таким образом, перипатетикам
Бурные студенческие годы
В доспехах философии, Абеляр отправляется учиться в Париж. Там Абеляр (по его словам) так превзошел всех учеников и учителей в своей запредельной мудрости, что вскоре все смотрели на него с завистью и ненависть. Было бы интересно услышать их версию событий, но об этом история умалчивает. В общем, Абеляр быстро начинает преподавать и наживать врагов. Конец у этого в общем-то ожидаемый:
Немного времени спустя, вследствие неумеренной страсти к научным занятиям, я подорвал свое здоровье и вынужден был возвратиться на родину.
Решающий поединок
Окрепнув, Абеляр возвращается в Париж, где бывший учитель быстро становится его финальным боссом. Абеляр начинает борьбу с Гильомом из Шампо по проблеме универсалий (главный холивар 12-13 веков). По словам Абеляра, в результате, он полностью разгромил учителя (кто бы сомневался).
К этому времени Абеляр уже собирает на своих лекциях больше фанатов, чем некоторые рок-звезды. Но вскоре (после не слишком удачных попыток изучать теологию под руководством Ансельма Ланского) Абеляра ждет новый вызов, к которому никакие философские тексты его подготовить не могли.
Влюбленность
Абеляр нанимается учителем Элоизы. Ум Элоизы сводит его с ума сильнее красоты, и без лишней скромности Абеляр заключает:
В самом деле, я пользовался тогда такой известностью и так выгодно отличался от прочих молодостью и красотой, что мог не опасаться отказа ни от какой женщины, которую я удостоил бы своей любовью. Я был осведомлен о познаниях этой девушки в науках и о ее любви к ним и потому был уверен, что она легко даст мне свое согласие.
(ох, не завидую я женщинам, которых Абеляр "удостаивал своей любовью"…)
Вдобавок к этому дядя Элоизы лично просит Абеляра “наказывать” Элоизу, если она будет плохо учиться, на что Абеляр охотно соглашается:
Чтобы возбуждать меньше подозрений, я наносил Элоизе удары, но не в гневе, а с любовью, не в раздражении, а с нежностью, и эти удары были приятней любого бальзама. Что дальше? Охваченные страстью, мы не упустили ни одной из любовных ласк с добавлением и всего того необычного, что могла придумать любовь. И чем меньше этих наслаждений мы испытали в прошлом, тем пламенней предавались им и тем менее пресыщения они у нас вызывали.
В итоге Абеляр без колебания променял нашу философскую жизнь на Элоизу:
Поскольку я начал тогда небрежно и равнодушно относиться к чтению лекций, то я стал излагать все уже не по вдохновению, а по привычке и превратился в простого пересказчика мыслей, высказанных прежде. И если мне случалось еще придумывать новое, то это были любовные стихи, а не тайны философии.
Мораль понятна: философия > рыцарства, но < Элоизы, поэтому тщательно выбирайте, кого вы ”удостаиваете своей любовью”.
Дальше жизнь Абеляра тоже была пугающе насыщенной, но об этом уже советую вам почитать самостоятельно в "Истории моих бедствий" Абеляра)