90 лет назад родился Михаил Гаспаров — выдающийся ученый, обладавший удивительным даром рассказывать о сложном легко и увлекательно

В детстве будущий академик зачитывался «Легендами и мифами Древней Греции» Николая Куна — книгой, которая определила интерес Гаспарова к Античности. Сотрудник, а потом руководитель античного сектора Института мировой литературы РАН, автор множества академических работ по истории литературы Древнего Рима и Древней Греции, стиховедению, в середине 1980-х годов в одном из развоговоров он заметил, что «в очередной раз наступили новые времена», и теперь «нужно думать о перепаковке знания об античной культуре для все более освобождающегося от классического образования поколения», что лучше не ждать, «пока забудется что-то важное, а сознательно отсекать все второстепенное».

К тому моменту Гаспаров уже завершил рукопись «Занимательной Греции», книги, которую сам ученый называл «переложением греческой истории в анекдоты», — как сами древние эллины рассказывали о себе и своем прошлом.

По воспоминаниям вдовы ученого Алевтины Зотовой, «Занимательная Греция» сложилась из небольших заметок: «Каждый раз, когда появлялась свободная минутка, он искал, куда бы притулиться, и что-нибудь писал в своих записных книжечках». Собранные воедино фрагменты о самых разных аспектах культуры древних греков стали книгой, вдохновленной искусством «вкладывать большое в малое», в которой кроме познавательности и занимательности пытливый читатель найдет ключ к умению «распоряжаться временем и словом, чтобы не терять самого интересного из наступающего потока все новых и новых сведений», чтобы продолжать искать и находить ответы на самые непростые вопросы. Об этих вопросах Михаил Гаспаров писал в предисловии к своей книге, которую считал «самым полезным, что сделал по части Античности»:

Из столетия в столетие в учебниках математики переписывались почти те же определения, какие были когда-то даны Евклидом; а поэты и художники упоминали и изображали Зевса и Аполлона, Геракла и Ахилла, Гомера и Анакреонта, Перикла и Александра Македонского, твердо зная, что читатель и зритель сразу узнают эти образы. Поэтому лучше узнать древнегреческую культуру – это значит лучше понять и Шекспира, и Рафаэля, и Пушкина. И в конечном счете – самих себя. Потому что нельзя ответить на вопрос: «Кто мы такие?», – не ответив на вопрос: «Откуда мы такие взялись?»