Сегодня мы празднуем день рождения замечательной переводчицы франкоязычной литературы и автора книги «Сундук Монтеня, или Приключения переводчика» — Натальи Мавлевич

Интересно, что в мир перевода Наталья Мавлевич попала благодаря сравнительной грамматике французского и русского языков! Именно так немного устрашающе назывался предмет из университетской программы, с которого и «началось главное и нерушимое счастье всей жизни» переводчицы.

В день рождения Натальи Мавлевич делимся фрагментом из ее воспоминаний о первых шагах в профессии, незабываемых парах по сравнительной грамматике, удивительном преподавателе Эде Ароновне Халифман и коварных артиклях:

«На первом же занятии она [Эда Ароновна Халифман] ошеломила нас — меня уж точно — вопросом: как перевести на русский язык определенный и неопределенный артикли? Господи, да мы о таком никогда и не задумывались. Переводить артикль? Несуществующую у нас фитюльку? Группа недоуменно молчала. И тогда Эда Ароновна с видом фокусника, извлекающего за уши кролика из цилиндра, произнесла две фразы. <…>

“Служанка открыла дверь” и “Дверь открыла служанка”. Эта самая служанка открыла мне дверь в мир, о котором я не подозревала, тогда как он ждал меня, как яблоня или печка в сказке про гусей-лебедей. <…>

Артиклями мы занимались добрый месяц. Вместо учебника, который будет издан много позже, Эда Ароновна раздавала нам на каждом занятии тонюсенькие, почти папиросные листочки с отпечатанными ею собственноручно на машинке французскими текстами (маленькими, в несколько слов, и побольше, в несколько предложений или реплик), которые мы должны были перевести, а листочки потом вернуть ей. Мы не задавались вопросом, откуда брались эти предложения и реплики, нам и в голову не приходило, что это результат титанического кропотливого труда. Год за годом, много лет подряд Эда Ароновна выписывала их из французских книг — классических и более или менее современных романов. Не будем забывать: в то время раздобыть современную зарубежную литературу в оригинале было очень и очень непросто. Главным образом Эда Ароновна черпала свои примеры из Эрве Базена, Луи Арагона, Франсуа Мориака и чуть ли не больше всего — из мемуаров Симоны де Бовуар. Позднее, читая их целиком, я то и дело вздрагивала, встречая до боли знакомые фразы».