Скажите честно, вы князь или граф?

Кто гордо смотрит на нас с парадного портрета в Эрмитаже — князь N или граф N? Кажется, это совсем незначительная деталь: ведь всё это приближенные императорского двора, дворянство. Однако в XVIII веке между княжеским и графским титулом была колоссальная разница.

Как отмечает Юрий Лотман в книге «Беседы о русской культуре», в то время пестрый круг русской знати состоял не только из представителей старинных боярских родов, но и тех, кто, «по определению Пушкина, “торговал блинами” (А. Меншиков) и “пел с придворными дьячками” (А. Разумовский)». «Новая знать происходила из людей случайных и даже темных. Надо было дать ей место среди знати традиционной».

Чтобы решить этот вопрос, Петр ввел в России «прежде отсутствовавшие в ней европейские титулы». Так и появилось звание графа. Интересно, что первоначально этот титул именовался «граф Священной Римской Империи»: традиционного графства в России не было, и звание приходилось получать от императора этой далекой державы. «При Петре все новое было в моде — и графство ценилось выше княжеского титула». Позже звание князя получило «дополнительный блеск подлинности в связи с возродившимся интересом к традициям допетровской Руси».

Впрочем, замечает Лотман, к концу XVIII века сложилось и «новое княжество». «Связи его с подлинными русскими княжескими родами отсутствовали или были фиктивными. Так, например, Орловы — типичные выскочки Екатерининской эпохи — создали своему роду фиктивную родословную».