В пяти-шестилетнем возрасте девочек привозили в институт, где они жили по девять лет, как правило, не видя, или почти не видя, дома. Идея изоляции принадлежала секретарю императрицы Ивану Бецкому, который стремился «отгородить воспитанниц от “испорченной” среды их родителей, вырастив из них “идеальных людей” по просветительской модели».

Эти философские мечты вскоре оказались забыты. Из смолянок делали придворные игрушки, поэтому всерьез их учили только иностранным языкам и танцам, хотя изначально предполагалось, что воспитанницы будут обучаться также физике, математике, астрономии, архитектуре.

Распорядок институтской жизни был суров: подъем в шесть часов утра, от шести до восьми уроков ежедневно (правда, на занятиях зачастую мало что делали, но присутствие было обязательным). Плохим было и питание смолянок. Однажды, по совету одной выпускницы Смольного, на институтскую кухню тайно проник Николай I. Он обомлел, взглянув на гордо названное ухой варево, которое готовили для воспитанниц: в котле плавало несколько маленьких рыбок.

Главным событием институтской жизни был экзамен, на котором, как правило, присутствовали члены царской семьи и сам император. Вопросы давались заранее, накануне экзамена девушка получала один билет, который она и должна была выучить. Но как свидетельствуют воспоминания, «и этот показной экзамен вызывал у институток достаточно волнений!»