Через некоторое время я закрыл за собой академические двери и открыл двери куда более узкие и опасные в Питере, родной Москве и других городах.
И позже, находясь в свежеобразованной ДНР, и после того как оставил её позади, я при встрече с участниками войны неизбежно шутил, что, мол, у нас в Москве можно устроить такое веселье не вставая с дивана, что эта ваша ЛБС— детский сад.
Ибо, как хорошо написал Мильтон:
The mind is its own place, and in itself can make a heaven of hell, a hell of heaven.
Ад вокруг него и Ад внутри. Злодею не уйти от Ада, как нельзя с самим собой расстаться.