Я думал так: пережду всю жару в Эстонии, вернусь к свежачку. Но сентябрь в первые свои дни решил прижарить всех кто на местности. Под кондеем в Старбаксе сидит немка, на немке дублёнка (хорошая, зимняя, коричневая немка дублёнка). Она работает за ноутом (немка), временами, делая глоток из прозрачного стаканчика. На улице +31. Думаю: наверно скучает по вечному берлинскому ноябрю в 9 месяцев. Оно и немудрено, Берлин - город к жаре неподготовленный: кондей тут - вещь штучная, возможная только после согласования с соседями, после предоставлений доказательств о сохранении фасада здания в цельности (читай, невозможная вещь - кондей). Бóльшую часть года люди проклинают туман и полумрак, мéньшую - жару. Выходя навстречу пеклу, я накинул самые лёгкие вещи - белая майка Адик + короткие джинсовые шорты. ‘Сомнительный легкоатлет с района’ - наверно, так бы назвали мой аутфит в летней подборке для журнала Молоток. Конечно, адик - это фигура речи сегодня, имеющая меньшее отношение к фирме, чем к реальности, увы. Адик свидетеля, участника и тд, и тп, и ни конца ни края.
