КОНСУМАЦИЯ НА ПЛЕНЭРЕ (№7)

Выскажу одно предварительное соображение. Секс очень трудно описывать так, чтобы не получалось а) похабно, б) банально или в) глупо. Кроме того, на всех никаким описанием не угодишь: ни единой нормы, ни общих вкусовых – а также эстетических – предпочтений по этой части не существует (разумеется, я говорю сейчас только о мейнстримной литературе, а не о так называемой эротической или тем паче порно: там свои законы). Из этого следует, что и к чужим свершениям на этом поприще – уточню, что имею в виду литературные свершения, не более того, – не стоит относиться слишком строго. Засим, выкрутив свою доброжелательность на максимум, продолжим.

On their knees now, though the sand was rough and hurt. It didn’t matter. They were reduced to mouths and hands. He swept her legs to his hips, pressed her down, blanketed her with his heat until she stopped shivering, made a dune of his back. Her raw knees were raised to the sky.

Если бы мне пришлось переводить эту книгу, я отключил бы свое критическое мышление напрочь, но поскольку this is not the case (забыл, как это будет по-русски… а, кажется, «бог миловал»), позволю себе заметить, что слова swept her legs to his hips здесь выглядят лишними: по-моему, именно прямые описания конкретных действий в таких случаях и придают сцене оттенки, перечисленные выше под литерами а), б) и в), и к тому же все и так понятно по коленям из следующей фразы. Ну ладно, смотрим переводы.

Песок больно царапал его колени, но сейчас это не имело значения. Весь мир сузился до ее губ и рук. Он обхватил ее бедра, прижимая их как можно сильнее, и подмял ее под себя, согревая и окутывая теплом до тех пор, пока она не перестала дрожать. Его спина выгнулась, а ее содранные колени поднялись вверх. (МЧ)

Вот они на коленях, хотя песок больно кололся. Пускай, неважно. Все чувства свелись в ладони и губы. Подтянув к себе, он обнял свои бедра ее ногами, навалился, укладывая, укутал своим теплом, пока она не перестала дрожать, устроил из своей спины дюну. Исцарапанные коленки вскинулись к небу. (ЭМ)

Я не буду подробно это анализировать. Не потому, что стыдно – после пары лет работы на русскоязычный Penthouse меня такой ерундой не проймешь, – а потому, что скучно. Порнуху переводить хоть забавно иногда было. Но кое-какие несообразности все-таки отмечу.

Непонятно, почему МЧ так решительно встала здесь на точку зрения героя. Почему колени только его, а губы и руки – только ее? Дальше, прижимая – что, к чему? Этот глагол без дополнений не работает. Я уж не спрашиваю, зачем прижимать их куда бы то ни было как можно сильнее. Подмял под себя – совсем штамп. Конструкция подмял… пока не перестала грамматически неправильна: если есть пока не…, глагол должен быть несовершенного вида, и никакие промежуточные деепричастия делу не помогают. Ну и наконец, последняя фраза – вовсе уж какое-то писательское бессилие. Он так, а она сяк – мы ведем наш репортаж прямо с места событий…

Второй перевод. Начало вот они задает настоящее время: стало быть, дальше должно быть не кололся, а колется (потом можно перескочить обратно в прошедшее, но только не в этой фразе). Свестись во что-то нельзя; только к чему-то. Подтянув – кого, что? Укутал, пока – та же ошибка с видом глагола, что и у МЧ. И напоследок, исцарапанные коленки – не знаю, как вы, а я против этой инфантилизации: он взял ее на ручки, она обхватила его своими ножками с исцарапанными коленками…

В целом второй перевод все же чуть поинтересней первого, но слишком уж много в том и другом языковых неправильностей, а никакие половые извращения не огорчают меня так, как грамматические: при виде этих последних я немедленно превращаюсь в брюзгу, ханжу и фарисея и ничего не могу с собой поделать.