Трамп и мировой нефтяной рынок: чего нам ждать? Нефть по 50 баксов или новые санкционные "качели"?

После победы Трампа на выборах в США мировой нефтяной рынок замер в ожидании и не показывает явно выраженного ценового тренда. При этом ключевое опасение связано с предвыборной риторикой будущего хозяина Белого дома, где он обещал радикально снизить внутренние цены на бензин в США, а также всемерно поддерживать увеличение добычи нефти в стране. Некоторые аналитики даже поспешили сделать вывод, что выполнение этих обещаний может привести к резкому снижению мировых цен на нефть до 50 долл./барр. уже весной следующего года. Но реальность может оказаться куда прозаичнее пафоса предвыборных обещаний, поскольку в 2023 г. нефть впервые с 2009 г. стала...главным экспортным товаром в США.

И один только этот факт опровергает ожидания падения нефтяного рынка в обозримой перспективе. Более того, одними из основных спонсоров президентской компании Трампа стали крупные игроки в сфере сланцевой нефтедобычи (Continental Resources Inc., Hilcorp Energy Co., Energy Transfer, GeoSouthern Energy и др.), которым для развития нужны не только внутренние стимулы, но и комфортные мировые цены на нефть. А уровень мировых цен в 50 долл./барр. сложно назвать притягательным для новых инвестиций в американскую сланцевую нефтедобычу с учетом того, что уровень ее безубыточности сейчас, в среднем, составляет 50-55 долл./барр...

Также не забываем про Иран и Венесуэлу, которые в период первого президентства Дональда Трампа подверглись жесткому санкционному давлению США и резко сократили экспорт своей нефти, заметно восстановив свои позиции на мировом нефтяном рынке только в период работы Администрации Джо Байдена и Камалы Харрис. Маловероятно, что Трамп не вернется к санкционному давлению на Иран и, возможно, на Венесуэлу, что точно уберет часть их нефтяного экспорта с мирового нефтяного рынка и, тем самым, может стимулировать рост нефтяных котировок уже в следующем году.

При этом Трамп будет стремиться действительно снизить или, как минимум, стабилизировать цены на бензин на американском внутреннем рынке, что возможно в случае некоторой корректировки мировых нефтяных цен вниз, например, до уровня в 70 долл./барр.

Таким образом, вероятно, что реальное влияние политики новой администрации США при Дональде Трампе на мировой нефтяной рынок может оказаться гораздо скромнее его предвыборных обещаний. Более того, Трампу в целом выгодна стабильность мирового нефтяного рынка, а не его резкие колебания, пусть и на более низком ценовом уровне, что в целом соответствует и российским чаяниям. А в условиях ожидаемого усиления санкционного давления США на Иран и, возможно, на Венесуэлу, новой Администрации президента США будет невыгодно "закручивать" гайки санкционного давления еще и в отношении российского нефтяного экспорта, который может рассматриваться в качестве инструмента балансирования мирового рынка по мере нового "разогрева" американской сланцевой индустрии. И если эта логика верна, то интересы США и России на мировом нефтяном рынке при новой Администрации президента США могут существенно сблизиться, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. А это открывает "окно" возможностей для столь любимой Трампом "сделки" (например, в части снятия ограничений по "ценовому потолку"), поскольку именно экономическая выгода является определяющим мотивом действий нового старого президента США. Однако будут ли условия "сделки", которую обязательно предложит Трамп, приемлемы для России, покажет только время...