Похитители маржи: кто на самом деле зарабатывает на нефтяных скидках?

Сегодня речь пойдет о поставках Urals в Индию. Дисконт на Urals обсуждается в публичном пространстве уже несколько месяцев, но наболевшие вопросы повисли в воздухе. Откуда взялась скидка $35/барр.? Почему мы позволяем Индии наживаться на наших ресурсах? Почему цена на Urals после эмбарго резко обвалилась, если мы заранее перенаправили поставки?

Справка: FOB – цена нефти в порту отгрузки, CIF – цена нефти в порту получателя, значения различаются на стоимость фрахта с соответствующим временным лагом. Для наших расчетов мы использовали ставку фрахта Черное море – Сингапур и лаг 30 дней из-за отсутствия более точных данных.

С помощью нехитрых вычислений (FOB Urals + фрахт) мы можем рассчитать индикативную цену в Индии, которая в сентябре составит $78,3/барр., в октябре – $73,9/барр., скидка к Brent таким образом окажется $11,5-19,5. Но рынок сам определяет реальность: согласно таможенной статистике Индии, Urals поступала в страну по стоимости $91,3 в сентябре и $87,1 в октябре. Ситуация круто меняется и не выглядит драматичной: реальный октябрьский дисконт к Brent всего $6,2. Вопрос: куда пропали $13 маржи по пути из Новороссийска в Индию?

Небольшое отступление. Российские нефтяные компании в подавляющем большинстве случаев продают нефть через трейдеров, а не напрямую. Причем в российской юрисдикции трейдеров не водится. Можно условно выделить три большие группы: дочерние структуры наших ВИНК – Litasco, Gazprom neft trading, Tatneft-Europe, международные компании – BP, Shell, Exxonmobil, международные трейдеры – Vitol, Glencore, Gunvor. Если расчеты верны, то маржу $13 забирают себе именно трейдеры, а не индийские покупатели.

С наступлением эмбарго старому порядку пришел конец: международные трейдеры, поголовно зарегистрированные в Швейцарии, выбыли из игры. Может быть с этим связано резкое падение FOB Urals до $45? Отчаиваться не стоит, «свято место пусто не бывает». Сингапурские, дубайские и даже турецкие трейдеры оторвут с руками маржу в $13, но мы надеемся, что российские компании возьмут инициативу в свои руки.