Москва.

Быть ее, как грыжа,
и с размахом выпятиться
в город-городов,
что так далек от искренности.
Первым быть,
поправляя ее девственные банты.
Позволь лишь быть,
для тебя
самым первым эмигрантом.

Позволь дышать, воздухом
прогнившим,
позволь рассмотреть тебя,
Москва,
немного ближе.
И чтобы от новой машины в пробке
газами задыхаясь,
почувствовать тебя своей
хотя бы на малость.

Позволь, Москва,
быть с тобой
до последних собачих свобод.
Обнимать крепко, как снег подошву,
как пути электрички, и твои
пути подкожные.
Проникать, как вода, в обувь
человечью,
быть с тобой, быть тобой,
бесконечно.

Быть твоим
ожиданием где-то на кассе
в душном Ашане.
По ее темным улицам, как
по карман шарить,
но они пусты, как пусты и улицы.
Стало быть, что Москва
в меня уже не влюбится.

Стало быть, на глазах
течет Москва-река,
но несет ее Москва, стало быть
не для меня.
Как же так, она молодеющей женщиной,
в меня уже не влюбится,
на мне уже не женится.

Стало быть,
остается
в ее жилах металлических
тромбом человеческим
течь как вагоны
по метрополита улицам.
жалко лишь,
что Москва не женится,
что Москва не влюбится.

Жалко лишь,
что Москва не женится,
что Москва не влюбится.