Смотрю на карту, датируемую 1636 годом и вроде как вышедшую в Амстердаме. Автор – голландский гравёр и издатель Хенрих Хондиус.
 
Обратите внимание на эти названия: Islandia, Finlandia, Norvegia, Svecia, Anglia, Germania... Всё ровно также как мы говорим сегодня по-русски, только с латинской огласовкой. Хотя, по раскладам великих комбинаторов, прошло уже почти 400 лет.   
 
Вот ещё одно издание. «Новая географическая и гидрографическая карта всего мира» (1631), того же мастера. Здесь список шире. До кучи есть Slavonia, Græcia, Lybia, Persia, India, Syria, Arabia… и так далее.
 
Так вот, ни один англичанин или западноевропеец никогда не скажет «Англия», «Швеция» или «Греция». У него язык в трубочку свернётся. «England, Angleterre» – это да. Голландцы говорят «Engeland».
 
Но если Хондиус голландец, почему он пишет «Anglia», а не «Engeland», «Germania», а не «Duitsland»? Ответ. Это латынь – международный язык науки и картографии XVII века.
 
Ок. Но тогда почему международная форма и латынь идентичны русскому, а не голландскому? Или хотя бы любому другому языку прогрессистов. Может русские говорили на языке древних римлян? И именно поэтому Минин и Пожарский на Красной площади сидят в римской тоге. Даже зимой и в снегу. Вряд ли, да? Абсурд. Тогда откуда мы взяли такие названия территорий?
 
Разгадка, видимо, в том, что имена на картах – это транслитерация – попытка переписать славянские звуки латинскими буквами. Только и всего. Латинизированный славянский. Поэтому названия стран сохраняются у нас без искажений даже в 2026 году.
 
Или, если говорить иначе, латынь являет собой искусственный язык, созданный на базе славянского, причём довольно поздно… А западноевропейские наречия возникли ещё позже. Не напрямую от латыни, а как параллельная конструкция.
 
Повторю свою мысль. Язык, наряду с архитектурой, можно считать вторым ключом, открывающим дверь в прошлое, ибо он есть один из самых трудных объектов для полной перепрошивки. Особенно если захват произошёл относительно недавно. Ведь язык сидит везде… и требуется ежедневная работа по искажению во многих поколениях, чтобы люди перестали замечать старые связи.