Первым известным упоминанием об этом двуличном парне является статья «Чудеса современной науки» в газете «Бостон-Пост» (1895) и книга «Аномалии и курьёзы медицины», изданная в 1896 году. В принципе, данный вид патологии, а их в XIX веке развелось немало, многократно описан и задокументирован. Но меня сейчас больше занимает не физиологический, а лингвистический аспект.
 
Поскольку имя этого вроде как наследника одной из самых влиятельных семей Англии, который покончил жизнь самоубийством в возрасте 23 лет, – Edward Mordake. А это сразу режет мой возбудимый слух. Особенно если принять во внимание, что единый язык прошлого (наиболее приближенный к славянским наречиям) работал таким образом, что слова в нём не были произвольной биркой, а прямо указывали на сущность.
 
Да, после брутальных языковых реформ, эти слова всё ещё могут находиться в обращении, но западные культуры уже не знают, почему они так звучат. Ибо способность прочесть их на уровне смысла потеряна.
 
Но не для всех. Тот же «Mordake» легко читается человеком со славянским ПО. Морда! И образ, и смысл у него совпадают идеально. А вот англичанин не сможет объяснить, что значит такая фамилия. Для него это просто стечение обстоятельств и нагромождение звуков. Он не умеет отличать случайное совпадение от следа старого кода. У него нет способности видеть название как описание функции или природы явления.
 
А мы видим. И для славянского восприятия совершенно ясно, что в данном случае нужно использовать не «лицо», а именно «морда». Тем более, что у героя этой публикации второй лик описывался как нечто чужеродное, искажённое, почти звериное…
 
Ну ладно, совпало – можно сказать. Нужно. Иначе придётся объяснить – каким образом прозвище, возникшее внутри английской культуры, так идеально совпадает с русским словом, причём не с любым, а с самым точным по образу. Не только фонетически – семантически.
 
И повторюсь… раньше слова были не просто обозначениями, а описаниями природы вещи. После распада языка и нарезания культур, одна ветвь сохранила смысл, а другая – только оболочку звука. Посему потомки могут встретить слово, которое кажется для них обычным именем, но для носителя другого кода раскрывается как описание.
 
И таких "совпадений" даже в моей коллекции сотни. Так что речь идёт не про отдельный кейс, а про систему… Язык может сохранять отпечаток прошлого даже после того, как люди перестали понимать, что именно они произносят.