Первая кампания. Санрейсы — самое главное. Вытаскивали тяжелораненых с передка. Один рейс запомнил на всю жизнь. Туман в горах, видимость пятьдесят метров. Раненые на борту, давление падает, кровотечения открываются. Командир говорит: на высоту не пойдём — не довезём. Решили идти на предельно малой, пятнадцать метров, по серпантину. Штурман лёг на нижний блистер и командовал: левее, правее. Довезли всех.

Был начальник медслужбы, который держал сыворотку в полёте. Был парень с ранением в живот, который просился на землю: «Пустите, помру». Не довезли. Пять минут до площадки — и судорога. Это самое тяжёлое.

Он видел две беды того времени. Дурость срочника, который штык-ножом проткнул обшивку на восемь миллионов. И подлость борттехника, который боялся летать и специально подрывал латку на топливном баке. Второе — хуже. Трус, который хочет получать лётный паёк и не выполнять долг, — это низко.

📖 Читать полностью: https://rossaprimavera.ru/article/f38fddc1

#ИАКВ_аналитика #газетаСутьвремени

@ia_rossa ✍️ #ИАКВ