В девичестве Вирджиния Вулф, чьи модернистские подходы к письму значительно раздвинули границы романа, перенесла серьёзные лишения и потрясения – смерть отца и матери, домогательства кузенов. С 13 лет она вызывала опасение близких частыми «нервными срывами» и перепадами настроения от глубокой депрессии до маниакального возбуждения и эпизодов психоза. Это доводило её до суицидальных попыток и госпитализаций. Она проходила «терапию покоем» в частном санатории для женщин в Твикенхэме, которая заключалась в наборе веса, сне и «отдыхе интеллекта». В своём автобиографическом эссе «On being ill» она размышляет о влиянии своей поломанной психики на её восприятие мира и то, как это восприятие вылилось чернилами в её книги.

В дневниках Вулф документировала свою сложную реакцию на болезнь. С одной стороны, она чувствовала, что писательство — единственный способ «держаться на плаву»; с другой — она задавалась вопросом, хочет ли она избегать своих «мрачных периодов», ведь они дают «погружение в глубокие воды» и «ничто не защищает от натиска истины». Она постоянно возвращалась к этим вопросам, так и не найдя ответ.

“The only way I keep afloat,” she observed, “is by working.…Directly I stop working I feel that I am sinking down, down. And as usual, I feel that if I sink further I shall reach the truth”

В её время психиатрия мало чем могла ей помочь, и в возрасте 59 лет она покончила с собой, войдя в реку Уз с камнями в карманах