В последнее время мы наблюдаем существенное влияние международной политики на способы показа и интерпретации истории. Дестабилизация глобальной обстановки и распространение социальных сетей привели к тому, что борьба разных версий прошлого теперь вовлекает каждого человека, накладывая на него порой противоречащие обязательства помнить.
Одновременно с этим положение институций и пространств, работающих с вопросами памяти, стало намного сложнее. Мемориальные музеи, которые долгое время имели статус ключевого актора в формировании языка для разговора о прошлом, сейчас меняют свою роль, вновь и вновь подвергаясь критике со стороны собственных посетителей. Теперь речь идёт не просто о провозглашении миссии музеев, но о том, как в новых обстоятельствах продолжать работать с людьми и сохранять живую память.
Когда обязательство помнить сталкивается с кризисом доверия к устоявшимся формам сохранения памяти, особенно важно замечать и анализировать малые — локальные и ситуативные — формы коммеморации. Секция предлагает обратиться к стратегиям и тактикам памяти, находящимся за пределами больших нарративов, которые производят национальные правительства, крупные музеи и другие влиятельные институции.
Вопросы для обсуждения:
— Какие формы коммеморации на Ближнем Востоке и о Ближнем Востоке мы можем считать «малыми» — кто, помимо влиятельных политических агентов, заявляет своё право помнить, и почему они остаются в тени исследовательского интереса?
— Как устроены самоорганизованные пространства, сохраняющие память, и в каких отношениях они находятся с большими нарративами о тех же событиях?
— Как современные художники Ближнего Востока и Северной Африки работают с прошлым, с архивами и документами, с личной и семейной памятью?
— Как внутри больших институций сотрудники влияют на интерпретацию недавнего прошлого — через экскурсии, медиации, педагогические проекты?
— Как современная ситуация в регионе и мире меняет круг тем, волнующих незаметных акторов памяти?
31 октября — 3 ноября, Санкт-Петербург, НИУ ВШЭ
ddl: 1 октября.