кажется, во мне что-то окончательно сместилось, будто мозг привык к новому месту. этой ночью это проявилось в непривычном для меня сне

Владивосток оказался под водой после шторма, а лед, покрывавший гладь, раздробился, и на его осколках начали появляться пингвины. они срывались вниз, в тёмную воду, а затем, всплывая, создавали невероятно красивые движения, тянулись своей стаей к лунному лучу, пробивающемуся до самых глубин. я до сих пор помню, как вдали блестели их тела в этом свете, как снег