— Скажите, Холмс, а кем вы были в школе? Умником? Выскочкой? Лузером? Ботаником? Зубрилой? Ябедой? А может, хулиганом?
— А я, Ватсон, вообще не учился в школе
— Но почему, Холмс?!
— Потому, что я был лабрадором. Это уже потом, когда мне пересадили человеческий гипофиз и семенники, я стал ходить вертикально, скажем так. А перед этим под каждым деревцем ногу задирал! Представляете, Ватсон?
— Это как, Холмс?
— А вы что, Ватсон, "Собачье сердце" не читали?
— Не читал, Холмс...
— Ну, теперь это не важно, мой друг, но схема точно такая же. И профессор Преображенский там далеко не случаен. Меня ж как раз и положили ему под нож, чтобы подобраться к нему поближе. Потому, что есть информация, что он и Мориарти — это одно и то же лицо. Но в любом случае гипофиз и семенники необходимо иногда менять. И вот сейчас именно настаёт такой момент...
— Я вас не понимаю, Холмс!
— Ну это же и хорошо, Ватсон, до конца быть в хорошем настроении! Но вы же помните, как мы познакомились? Потом как анализы сдавали? Ждали итогов? Вот, Ватсон, можете теперь готовиться к главному итогу нашей такой яркой, но по объективным причинам завершающейся дружбы.