Наконец, каникулы.
Когда ближе к концу учебной четверти ко мне захотели подселить человека, я не мог возражать. Это было бы слишком дурно с моей стороны и навлекло бы на меня немало проблем. Подозрения в том, что я творю в своей комнате что-то страшное начали бы теплиться и создавать все больше негативного ощущения вокруг моей персоны. Это могло плохо сказаться в будущем, которое... Не предвещало быть хорошим.
Сообщество Фернве.
В те далекие времена, когда людям наконец удалось постичь мететику, не без помощи потусторонних существ и других миров, то сообщество знающих разделилось на два клана. Первый, в последствии стал коллегией Либерспирит, которая занимается регулированием всего, так называемого, магического правопорядка. Оно взяло на себя обязанность поддержания секретности мететических инструментов и свойств, оборот артефактов, а так же регламентировало деятельность своих специалистов.
Что же до Фернве, то это были фанатики. Большей частью бывшие уголовники и оккультисты, которых ждала тюрьма. Но несколько популистов среди них, смогли убедит достаточно широкие массы присоединиться к их культам, и позволить массам прикоснуться к мететике. Что же, ничем хорошим это не кончилось. Вскоре началась война.
Они охотились за нами, устраивали теракты, последствия которых приходилось разбирать нам.
А мы в свою очередь искали и ловили их, для того чтобы отправить их в Кальтберг, самую холодную и страшную тюрьму на отшибе страны, куда никто не поднялся бы, и не направился даже, будучи в здравом уме.
Так что же плохого?
Лоялистов Фернве стало больше и их деятельность начала просачиваться даже в образовательные круга. В коллегии все посходили с ума, и началась слежка, для того чтобы выявлять потенциальных кураторов и жертв их манипуляций. Последние полтора месяца не затыкается пропаганда, которая омрачает это сообщество.
Паранойя дошла до того, что любое проявление Эспирита в реальности стали связывать с этим. Мне, который чувствовал как барьер, что сдерживает эти два мира становится все тоньше с каждым использованным потоком, становилось все хуже от действий Коллегии, но принять какие-то решения я не мог. Ведь если бы я был не с ними, то я был против них. Против собственного дяди. Нет. Этого не могло бы быть.
И все же, несмотря на эти мрачные новости, сожительствовать с этим человеком я не хотел. В первую ночь я наслал на него кошмары. Он проснулся изодрав себе всю грудь, вопя от ужаса. Он вылетел пулей отсюда, и с тех пор отлеживался в медпункте. А что до меня? У меня было алиби — я дежурил у библиотеки в крыле, чтобы никто не ходил ночью по коридорам.
О, спокойствие. Как же хорошо...
Post #134
5
- 🐳 2