Мне очень нравится вообще становление Севена как персонажа, что действительно вырос из проблемного, эгоистичного, непробиваемого и разрушительного подростка в действительно любящего отца, но не без последствий

Я люблю думать о том, как постепенно, вместе с развивающейся эмпатией (благодаря воспитанию ребенка) он начал анализировать свои действия в прошлом, и понимать, на сколько на самом деле большой ущерб он нанёс окружающим без весомых причин, чтобы потешить своё эго, почувствовать безнаказанность. Думать о том, как комом развивалась его вина, всё тяжелее и тяжелее вгоняя его в апатию, а после и депрессию

И естественно это не могло не задеть Кулкида. После того, как много лет, почти большую часть своей жизни, Севен прибегал только к разрушению, на него легла ответственность, чувства к тому, за кого он теперь держит ответственность. Вероятно, он и сам был убеждён, что способен только разрушать, поэтому стал гиперопекающим родителем, скованный страхом что отсутствие контроля ситуации с его стороны, или внимания, снова приведет к разрушению

Но для Кулкида такое скорее всего ощущалось как "я опасен", " Я неаккуратный", "я непослушный", " Я слишком активный", рядом с родителем, который сам боится, ребенок склонен бояться вместе с ним, и считывать самого себя как неудобство