я открываю глаза и вспоминаю, что твои губы на вкус как чёртовы карамельки.
и за это я тебя ненавижу.
а ещё за то, как ты смотришь в мои глаза - так доверчиво. как безоговорочно вверяешь мне в руки свою жизнь.
дурак.
я так сильно тебя люблю.
и это, кажется, единственное, что я осознаю отчётливо и ясно.
такой глупый дурак.
не кричи, боже, ничего страшного не случилось...
***
ёсан курирует операцию идеально.
чудная марионетка в руках капитана. послушная.
капитаааааааан...
милый маленький кукловод, лидер, полный надежд, сеящий в мыслях людей сомнения.
сколько демонов роится в твоей голове?! сколько их терзают твою заполошную душу? как сильно ты погряз в сомнениях?
а ещё скажи мне, капитан, в чьих руках поводок от твоего ошейника?
ты думаешь, никто не слышит твоих рыданий?
или, может, никто не слышит того, как сонхва вытрахивает из тебя ночами душу, поводок на кулак наматывая?
***
обивка руля скрипит под пальцами, пока машина летит по пустырю, поднимая клубы пыли.
стоило ли оно того?
спасённый уён - измученный, какой-то сам на себя не похожий, потому что к сану не льнёт, как обычно, кошкой его обнимая, а тихо сидит, в окно уставившись.
этот уён мне не нравится.
они все друг на друга похожи, но этот больше иной.
смотрит в глаза из-под бровей, будто понимает.
будто, как и я, уже видел, как ёсан, перед тем как разбить кромер, несколько раз его проворачивает, как кричит сонхва, когда закрывает хонджуна своим телом, стреляя в стражей, зажавших их в углу ангара, раньше казавшегося безопасным...
оторваться от этих чёрных омутов тяжело, я будто под гипнозом.
как сильно тебе промыли мозги, уён-и?
***
когда минги целует первым, я начинаю думать, что мозги промыли мне.
здесь что-то не так.
картинка не складывается.
звенья цепей не состыковываются между собой, или я что-то упускаю из виду.
чонхо на моих глазах предъявляет капитану, что цель не оправдывает средства, на что тот только фыркает и приказывает собираться.
младший плюет ему под ноги и отказывается.
цепь рассыпается на глазах, а я не знаю, как её укрепить.
будто за ночь именно я стал неправильным.
операция и правда идёт наперекосяк.
кому-то придётся остаться, чтобы подорвать склад с оружием и отвлечь хвост на себя.
ведомый дурацкой идеологией капитана, я вызываюсь сам.
минги истошно кричит, возмущается, но сан вырубает его одним ударом.
а уён... снова смотрит своими глазами шамаханской царицы, выворачивая наизнанку.
- break the wall, юнхо... сломай эту чёртову стену...
в его голосе слышен надлом и отчаяние, и я не совсем понимаю, чего он просит.
но разворачиваю машину и просчитываю, как максимально эффективно прокрасться назад.
долго думать не получается, а протаранить стену начинает казаться хорошей идеей.
где-то на задворках сознания мелькает мысль, что стену я всё-таки сломал, но не помню, кто меня об этом просил...
вспышка, короткая боль, будто бы не первая, но я списываю всё на шок.
голоса, окружившие меня, звучат очень знакомо, зовут меня, просят вернуться...
только лиц я не различаю. их будто и вовсе нет, только пустота с нарисованными баллончиком крестиками вместо глаз и дуга вместо рта...
во рту чувствуется металлический привкус, а значит, мои дела совсем плохи.
кто-то теребит меня за плечи, странным образом я понимаю, что это минги, но даже ощущения нечёткие и далёкие.
крик сонхва с просьбой проснуться игнорировать не получается - если хён говорит, нужно слушать. мы не зря одна команда, мы не зря связаны...
я собираю в кучу последние силы и сажусь на постели, открывая глаза.
ничего не поменялось, я всё так же прикован к этой комнате.
буквально - нога застряла в путах, не давая покинуть это место.
чтобы не сойти с ума, я пересчитываю звенья цепи, что тянется от стены к кольцу на лодыжке.
а ещё цепляюсь за воспоминания, как за спасательный круг.
моё любимое - то, в котором твои губы на вкус как чёртовы карамельки.
написано для челленджа драбблов от билли
#запискиизкотла #лорнелор