– Извини, мам. Но что с папой? Почему у него кровь? – со слезящимися глазами, девочка ждала ответа, который её удовлетворит и успокоит.
– С ним всё нормально. Просто на него напал..пёсик. Вот и всё. Не беспокойся, дорогая...
Гермиона не поверила.
13 лет, лето. 1993 год.
Вернувшаяся домой после второго курса, Гермиона чувствовала необходимость поделиться школьными новостями с родными. Скромный особняк встретил её в мрачную погоду, когда облака сгущались на небе и ветер теребил кудри. Покрепче схватившись за свой чемодан, девица направилась к дому, оглядывая окружность. Многое изменилось с последнего визита, что удивительно, ведь прошло не так уж и много времени. Тяжёлые двери не поддавались тонким рукам Грейнджер, что озадачило: неужели дома никого нет?
Оглядевшись в поисках любопытных глаз, никого не обнаружила и достала палочку, чтобы использовать заклинание. Замок легко поддался, что вызвало в ней восторг. Мастерство в колдовстве росло с каждым годом. Оставив чемодан в прихожей, Гермиона стала звать родителей. Ни звука.
Словно здесь не было ни одной живой души.
Списывая это всё на то, что у родителей много дел, Гермиона прошла на кухню, чтобы перекусить после дороги. Подойдя к холодильнику, краем уха уловила странные звуки. Они еле доносились до неё, но по коже тут же пробежал табун ледяных мурашек. Кареглазая замерла, в ожидании ещё звуков, чтобы понять, откуда они шли.
Из винного погреба.
К нему вели лестницы за дверью, прямо с кухни. Гермиона решалась, имеет ли смысл подобное любопытство и какие есть риски? В одиночку было бы неразумно, она это понимала, поэтому лишь заперла дверь в погреб, чтобы дождаться родителей здесь и в случае чего, не дать сбежать..кому бы то ни было.
Спустя около часа, когда она беззаботно читала новую книгу, прозвучали попытки выбраться из погреба. Дёрнувшись, Грейнджер на цыпочках подошла к двери. За ней прозвучал знакомый голос.
– Фауна, мы ведь говорили, чтобы ты даже не трогала дверь погреба. Немедленно открой, если ты здесь, – странный ком встал в горле, когда шатенка осознала, что это голос отца. Возникло слишком много вопросов в голове, но ответы было тяжело добыть. Или же не хотелось принимать те, что подкидывала интуиция. Нужно было разобраться во всём, но не сейчас. Сейчас нужно лишь открыть дверь, что она и сделала. Герман выглядел озлобленным, когда дверь перед ним открылась, но эта эмоция читалась в его лице лишь на короткий миг, ведь увидев дочь, мужчина быстро переменился, возвращая себе спокойный вид.
– Дорогая, ты..уже вернулась? Как давно ты дома? – последний вопрос звучал как никогда подозрительно. Словно он боялся что-то выдать. Это не осталось незамеченным, но дочь ему ответила спокойно.
– Не так давно, пап. Искала вас с мамой. Что ты делал в погребе так долго?
– Проверял помещение на чистоплотность, а так же градус хранения вина. Наверное, ты утомилась? Отправляйся в свою комнату..Я чувствую обман
15 лет, лето. 1995 год.
– Ты уже достаточно взрослая, чтобы знать.
Тон, которым говорил отец, совершенно не нравился Гермионе. Они сидели в его кабинете. Он – в своём кресле, она – перед ним, на более низком. Взгляд отца впечатывал её в сиденье, заставляя замолчать и слушать внимательно. Его руки подпирали острый подбородок – такой же, как у дочери, но грубее. Запах его сигары заполнял всё помещение, блокируя путь к свежему воздуху.
– Гермиона, ты ведь давно замечала, что мы не похожи на обычных дантистов? – мужчине было достаточно лишь взглянуть в глаза дочери, чтобы увидеть вопрос: К чему ты ведёшь?
– Ты умная девочка. Должна понять и продолжить наше дело. Скажи, ты когда-нибудь слышала о последователях "Феникса"?
Одна мысль сбивала другую, хаос в голове исказился и на её лице, выражая все чувства разом. Брови свелись к переносице, а глаза зажмурились, пока она пыталась хоть что-то выловить из глубин сознания.
Феникс..Феникс..что же это за организация?
В мыслях расползались самые различные предположения.
Нижнее веко начинало дёргаться, фантазия рисовала картины: одна страшнее другой, но ни одна не соответствовала истине.