Веки его слабо распахнулись в немом недоумении и тягостном ступоре. Первоначальный порыв, возникший в душе при виде приблизившегося человека, потух мгновенно и бесследно. Руки его так и замерли в воздухе, не в силах ни оттолкнуть девушку, ни остановить её порыв, а язык и вовсе не повернулся изречь и малую толику из того очередного потока бранных, ядовитых слов, что копился в нём, казалось, целую вечность.
Взор его в то же мгновение застыл замертво, вцепившись в одну-единственную незримую точку на туманном горизонте, и в то же время подёрнулся едва заметной, лихорадочной рябью.
...
- ...Что ты делаешь?