❌🤩. Вкус соли и плесени не отпускал. Никогда. Иногда Хэ Сюань казалось, что он так и остался в темном гробу, где есть только страх и голод. Соль была везде: в крови, лёгких, в каждой мысле и каждом воспоминании...
Чёрновод был зажат между двух огней: ненавистью к братьям Ши и... нежеланием отпускать единственного, кто относился к нему, как к себе равному... как к другу.
Но сегодня... Сегодня будет все иначе, сегодня Хэ Сюань закончит то, что начал сотни лет назад.
. . .
«Смерть, смерть братьям Ши» — мысль была оглушающей. Погибель Кораблей шёл по тёмным улицам небесной столицы, мелькая в тени зданий и презирал всех здесь, всех до единого. Нога ступила во дворец, стены которого засели глубоко в памяти. Впервые Хэ Сюань шёл медленно, оглядываясь на все росписи и украшения. Шаги были безвучные, тихие.
Хэ Сюань стоял в спальне Цинсюаня и смотрел, как тот спит, беспечно раскинув руки, а волосы разметались по подушке. Он дышал ровно, глубоко, с тем спокойствием, какое бывает только у людей, чья совесть чиста... Или у тех, кто не знает правды.
Чёрновод стоял, долго стоял и смотрел, как человек, живущий его жизнь беспечно спит. Человек, что должен был умереть сотни лет назад, живёт ЕГО жизнь, проживает ЕГО судьбу, которую украли.
Цинсюань во сне улыбался. Чуть-чуть, уголками губ. Князь демонов знал эту улыбку – так он улыбался, когда выигрывал в кости, когда ел что-то особенно вкусное, когда видел «Мин-сюна» после долгой разлуки. Он улыбался так даже во сне, потому что был счастлив. Потому что его жизнь была лёгкой. Потому что кто-то другой заплатил за эту лёгкость страшную цену.
Чёрновод подошёл ближе, провёл рукой по гладкой мебели и наткнулся на веер.
«Его любимый» — с кривой усмешкой подумал он и разломал. Треск пробежал по комнате, и артефакт упал с глухим стуком, ударившись об пол.