Всё в порядке АУ. 3 часть.
***
- Мне поговорить с вами нужно, очень серьезно. - пролепетала Жанна, потупив взгляд, не осмеливаясь сделать хоть шажок.
Социальные контакты - это тяжело, а с представителями закона - ещё тяжелее. Дрожь в руках не унимается и предательски норовит перейти на голос.
Мысли заранее путаются, глаза бегают от следователя к следователю. Тревога.
Внезапное прикосновение ладони к плечу отвлекает от паники, заставляя вздрогнуть от неожиданности.
Вернувшийся от дежурного Козырев приподнял брови, разглядывая трясущуюся как осинку Жанну. Затем он успокоительно похлопал её по тому же месту, где задержал свою ладонь, поднял взгляд на коллег, пребывающих в недоумении и спешно представил дочь старшего Аверченко курившей девушке.
- Пойдём. - Козырев с несвойственной мужчинам его возраста грацией прошел к столу, где сидел его бритый коллега, осторожно уведя за собой Жанну.
Немного успокоившись, Аверченко села на стул около рабочего места пышноволосой девушки.
Сейчас на неё пристально смотрели три пары глаз, обладатели которых находились в лёгком замешательстве от тревожного настроения посетительницы.
- Слухай, ты сказала, что пришла с разговором, так? - не без южного акцента подал голос следователь, уже переставший копаться в бумагах.
- Так. Как к вам...
- Боков Евгений. - не дав девочке договорить, представился следак, не отрывая взгляда от её точно сжавшейся в два раза фигурки.
- Афанасьевич. - невзначай добавил Валерий, на что представлявшийся небрежно фыркнул.
10 секунд молчания. 10 секунд Жанна собиралась с мыслями, группировала их в голове, припоминала нужные слова.
- Я хочу написать заявление за регулярное насилие, - быстро, точно дробью из автомата с языка слетели не просто слова, а целый приговор. - На своего отца.
Может быть приговор.
Отведя взгляд от следователей и бездумно уставившись в свои колени, Жанна без ярких подробностей и дотошной хронологии пересказала все три года ада: физическое и сексуальное насилие, угроза распровой над матерью, если вдруг она или сама Жанна захотят принять меры, съемку и хранение порнографии, в которой главным лицом была маленькая, обожаемая главой семьи дочка.
Пересказала без эмоций, лишь иногда ловя себя на то подступающей, то уходящей дрожи. Говорить стало намного легче. Сейчас она звучала твёрже, чем несколько минут назад стоя на пороге кабинета, с каждым словом её голос крепчал, а речь становилась убедительней.
Убедительней, кажется, только в её понимании.
- ... Я очень прошу вас, как его коллег, помочь мне. Сейчас вы - мой единственный шанс спасти и себя и мою семью. - закончив свой негромкий, иногда сбивавшийся крик о помощи, Жанна подняла глаза на всё время молчавших следователей.
Недавно расслабленный, в меру вальяжный и ,казалось, заинтересованный визитом младшей Аверченко Валерий Евграфович стоял сейчас мрачнее тучи. Глаза его медленно,испытующе высматривали что-то в Жаннином лице. Отношение Бокова к новой информации прочесть было тяжелее. Он, скорее, еще анализировал сказанное, но без особо энтузиазма. Неужели не верят?
Глаза девочки с прежней тревогой забегали по силуэтам следаков, пытаясь найти хоть один признак того, что они поняли, что они услышали, что они помогут и что они не оставят её.
Первым голос подал Козырев.
- Жанна,скажи пожалуйста,вы с отцом не ругались в последнее время,м? Может у мамы твоей конфликт с ним?
Аверченко непонимающе уставилась в глаза говорившего.
- К чему это?
Козырев прищурил глаза,с явным недоверием разглядывая её, пытаясь достать цепкими глазами до самой потаённой сути сказанных слов.
- К тому, что, такие страшные обвинения я внезапно слышу в адрес достойного человека.
Жанну точно током ударило. Каждое сказанное немолодым коллегой отца слово отдавалось в ушах эхом. Как?
Захотелось сжаться до размера атома, рассыпаться пылью прямо на месте, но только не слышать этих слов.
- Возможно, папа сильно обидел тебя на днях,а? - продолжал хриплым басом Валерий, начиная расхаживая взад-вперёд перед окном.
Жанна перевела отчаянный взгляд на Бокова.
***
#фишер #всёвпорядкеАУ