На спикера — ради ощущения, что есть рядом политики, за которых не стыдно и с которыми связана надежда. На мэров и глав, которые решили с первого дня не прятаться от людей, как большинство высокопоставленных товарищей из КПРФ. На недавнего Бученика с виршами, которые ему пишет ищущая внимания институтка. А также других приспособившихся из бывших: там всякие народные депутаты из трухлявых «Одноклассников», лидеры фракций с волонтёрскими акциями во «ВКонтакте» типа «Сосну в каждом доме» или «Подарю своё семя» и т. д. и т. п.
А на некоторых подписан сразу на два аккаунта в одной соцсети. Речь про Юлию Исмагилову. Помните ещё такую?
А про неё, между прочим, сегодня говорят, что она единственная, которая однажды вышла на максимальный режим своей деятельности и не отпускала до конца.
Но сегодня, кажется, всё. Она расписалась в том, что ничего больше того, что сделала, уже не может. Юля достигла своего предела. Своего потолка.
И она остаётся из всей этой когорты политиком, которому совершенно не в чем себя сейчас упрекнуть. Которая могла бы сказать: «А вот если бы так, я бы могла ещё и это».
Юля выдохлась. Поэтому столь обречённое стихотворение сегодня на её канале.
Седину вошедшей женщины, о которой она рассказывает, можно воспринять не иначе как символ душевной усталости и боли.
Она хочет жить и любить, а эта проклятая партия опутывает её запретами, заставляет молчать и отказываться от любви.
По смыслу это обращение к каждому члену КПРФ, которой она отдала лучшие годы своей жизни, кто живёт в разладе с собой.
«Ведь я же молода, красива и жить хочу, хочу любить.
А ты меня смиряешь силой и избиваешь до крови…»