Народное хозяйство третьего срока

Вы баннер народного хозяйства Павла Тухтарова видели? Эти счастливые фермеры из фотобанка Google…
Эти отшлифованные лица, которые могли оказаться в Ширинском районе только в страшном сне.
И поэтому улыбаются без всякого внутреннего сопротивления.
Оценил, кстати, сам Коновалов, который построил часть своей избирательной кампании 8 лет назад, на идиллии замещения капиталистических КФХ народными хозяйствами по типу совхоза имени Ленина в Подмосковье.
Его подвели к плакату. Он ценил. Выпил кружку парного молока. И заверил народность предприятия на высшем республиканском уровне.
В целом же любопытно посмотреть, в какую районную мозаику может встраиваться эта молочная идиллия.
После победы Нины Леонченко в Усть-Абаканском районе у КПРФ появился наглядный пример расширения муниципального влияния. Если продолжить эту логику, следующим направлением может стать Ширинский район. Допустим, с Павлом Тухтаровым в роли претендента на кресло Андрея Диринга. Ну не зря же вокруг претендента специалист по «рогам и корытам» товарищ Евлахов трется. Рыбак рыбака видит из далека. Оба имеют криминальный след в своих биографиях и оба пытаются мутить дела под прикрышкой разных патриотических начинаний.
В таком сценарии известная фамилия и влияние семьи становятся политическим капиталом. Хер с ним, с авторитетом, Сергея Тухтарова, который нельзя передать сыну вместе с хозяйственными делами. Собственно, как и противостояние с Зайцевым и районной администрацией само по себе ещё не программа развития. Сменить человека в кабинете и изменить жизнь района — разные достижения.
Следующая возможная точка — Орджоникидзевский район. В предлагаемом раскладе альтернативой Анатолию Тайченачеву на будущих выборах становится руководитель ДРСУ Алексей Николаюк. Пока это предположение, а не объявленное выдвижение. Но образ удобный: дорожник-авантюрист, которому можно поручить прокладывать партии путь к очередному муниципалитету.
В Алтайском районе подобная конструкция могла бы обойтись без смены Ирины Войновой. Формула «деньги в обмен на послушание» пока работает и держит кого в ежовых рукавицах, а кого в относительном электоральном спокойствии.
Отдельная история — Саяногорск. Если исходить из предположения, что интересы РУСАЛа ограничивают возможности КПРФ, город может стать предметом переговоров. В такой гипотезе условный Валов или Ряшенцев пригодился бы как потенциальный конкурент, само появление которого повышает цену договорённостей.
Политический смысл сценария понятен: собрать к возможной третьей губернаторской кампании Коновалова сеть местных союзников. Где-то поддержать смену главы, где-то договориться с действующим, где-то обозначить конкуренцию.
И здесь главный вопрос — по каким критериям подбирают людей. Удобство для партии не заменяет репутации, а реальные скандалы и установленные нарушения не должны списываться ради полезного союза. Иначе обещанная смена власти заканчивается сменой вывески. Другими словами им плевать, что каждый из названных кандидатов имеет криминальный след. Это с недавних пор воспринимается в Хакасии как данность и особые приметы партии власти, чем сенсация.
И вы знаете, я не удивлюсь, если завтра выяснится, что в КПРФ вступит…Александр Мяхар. Исключительно ради сохранения себя в уникальной хакасской политической системе. Или даже сам Олег Дерипаска. Сами понимаете зачем.

А так, да. На баннере можно нарисовать что угодно: черногорские фабрики — рабочим, усть-абаканскую землю — крестьянам, ширинское молоко — народу.
Кому пока в этом хозяйстве достаются сливки — очевидно.