Саниха Амин Заки была одной из первых женщин-врачей в Ираке. В 1943 году она окончила Медицинский институт в Багдаде (ныне – часть Багдадского университета) и стала работать в больнице. В журнале Неприкосновенный запас вышел мой перевод отрывков из её воспоминаний.

Саниха Амин Заки (1920–2017) родилась в Багдаде в 1920 году. Её отец был высокопоставленным чиновником и какое-то время даже заседал в парламенте монархического Ирака (1921–1958).

По линии обоих родителей моя мать принадлежала к туркоманам Киркука, и потому дома у них говорили на турецком. Большинство родственников моего отца были гражданским и чиновниками, а некоторым из них принадлежали земельные наделы [в санджаке Киркук]. С нами родители всегда разговаривали по-арабски, а между собой общались только по-турецки. Мы в свою очередь знали турецкий лишь чуть-чуть, знакомясь с этим языком благодаря нашим родственникам из Киркука. В школах же нам давали иракское арабское образование.

Родители очень хотели, чтобы их дочери получили высшее образование. В 1930-х это стало возможно, поскольку появились старшие школы для девочек, после которых можно было поступить в университет. Количество студенток росло, хотя в целом высшее образование для женщин оставалось уделом узкой прослойки элиты.

Окончив школу в 1936 году, в дни короля Гази, я тоже поступила в медицинский институт. Вместе со мной были зачислены другие шесть девушек, а до нас там на разных курсах учились еще шесть студенток. Кстати, в том же году девушка впервые поступила на юридический факультет: это была Сабиха Шейх Давуд […]. Моя сестра Лямъан тоже поступила в медицинский институт; к ее времени количество студенток там достигло двадцати. Кроме того, многочисленные студентки изучали право, фармацевтику, педагогику и инженерное дело в других учебных заведениях.
[…]
Я завершила обучение в 1943 году, торжественно получив диплом из рук эмира Абд аль-Иляха – регента при малолетнем монархе Фейсале II. […] В 1950м я начала преподавать в медицинском институте, на факультете врачебного и медикаментозного лечения. Я была не единственной сотрудницей: женщины-врачи работали и в других институтских подразделениях; среди них была, например, моя сестра Лямъан, трудившаяся врачом в институтской педиатрической клинике.

В переведённых отрывках Саниха Амин Заки вспоминает о своей семье, образовании для девочек в Ираке, дискуссиях о хиджабе, походах в кино с мамой, а также о межэтнических и межконфессиональных отношениях. Но при чтении следует делать скидку на ностальгию и хруст французской булки: не забывать, что большинство иракцев жили в нищете, а про-британская монархия при всём её модернизме и школами для девочек параллельно укрепляла власть землевладельцев и племенных шейхов над крестьянами* (которые составляли большинство населения). Политическая система тоже кажется конкурентной в основном на фоне диктатур, которые пришли ей на смену. При монархии выборы не были честными и открытыми, оппозицию преследовали, а огромную роль в принятии решений играли двор и британцы.

*См. Batatu, The Old Social Classes and the Revolutionary Movements of Iraq; Dawisha, Iraq: A Political History from Independence to Occupation