широкое сознание обречено на вечный траур, а глубокое сердце — на анатомический театр:
ты либо чувствуешь этот мир без кожи и платишь за масштаб своего гения собственной кровью,
либо остаешься глух, слеп и невредим.

(с) мадина вестчестер.