До того как появился Музей Гульбенкяна в Лиссабоне, был его дом в Париже.

В 1922 году нефтяной магнат Галуст Гульбенкян купил особняк на авеню Йена, 51 – четырехэтажный, построенный в конце XIX века для банкира и коллекционера Родольфа Канна. Четыре года ушло на перестройку, после которой дом стал еще и частным музеем, приспособленным для хранения и показа коллекции. Даже ванную хозяину оформлял его друг Рене Лалик.

Здесь Гульбенкян держал большую часть собрания, в котором к концу его жизни было 6440 предметов – от древнегреческих монет до французского серебра XVIII века и почти двухсот работ того же Лалика. Сюда же попало купленное у советского правительства из Эрмитажа, например мраморная «Диана» Гудона, когда-то принадлежавшая Екатерине II. Публику в дом не пускали: Гульбенкян вообще не любил, когда в нем бывают посторонние.

Когда немцы заняли Париж, Гульбенкян, у которого был дипломатический статус при персидской миссии, уехал вслед за французским правительством в Виши, а в апреле 1942 года перебрался в Лиссабон. Коллекцию в оккупированном городе спас его зять Геворк Эссаян. С помощью швейцарского посольства он добился, чтобы особняк официально признали торговой канцелярией персидской миссии, и немцы – прежде всего Геринг – занять его не смогли.

После войны жена Гульбенкяна Неварте вернулась из Лиссабона в Париж и осталась хозяйкой особняка, а сам он до конца жизни прожил в лиссабонском отеле Aviz – и оттуда управлял домом до мелочей. По бухгалтерской книге за март 1949 года, там жили Неварте и дочь с зятем, служил 21 человек прислуги, при доме работала контора с пятью секретарями, а в хозяйстве числились четыре автомобиля – Talbot, Citroën, Buick и Rolls-Royce. Отчеты уходили в Лиссабон каждую неделю, причем сыр, йогурт, круассаны и кофе считались «излишествами» и записывались отдельно – с указанием, кто из членов семьи их съел.

После смерти Гульбенкяна в 1955 году коллекцию предстояло перевезти в Португалию, и это оказалось непросто. Французские музейные хранители назвали 55 вещей, которые, по их мнению, не должны были покидать страну. Договориться удалось после долгих переговоров и при участии министра культуры Андре Мальро. С августа 1958-го по февраль 1960-го собрание уехало из Парижа четырьмя партиями, это больше 1200 ящиков. В основном их везли поездом, крупную скульптуру – на грузовиках, а серебро отправили самолетом.

С 1965 года в особняке работал культурный центр фонда Гульбенкяна, а в 2015-м здание купил миллиардер Ксавье Ньель. Недавно он вместе с сыном открыл здесь деловой клуб 51 Iéna с ресторанами и бассейнами. Так что дом, где Гульбенкян не любил посторонних, и теперь открыт только для своих.